Книга обид Карак-Азум

Этого, как он знал, было достаточно, чтобы скрыть от зеленокожих запах присутствия гномов.

Рейнджер вернулся к искрящему огню, за которым собрались те немногие, кто не уснул после долгого перехода. Ядри Стальборода присел рядом с Бьёри, завернувшись в меховой плащ. Долгое время гномы молча смотрели на пламя, иногда бросая взгляды туда, где братья Жуфбара выискивали путь даже чёрной безлунной ночью. Только потрескивание веток и сопение спящих дави изредка нарушало тишину.

— Я рад, что твои друзья согласились проложить путь над ущельем.

Ночь темна, а глаза знаешь-ли уже не те… — сказал Ядри так, чтобы не разбудить остальных.

— И всё-таки, кажется, тебя что-то тревожит, почтенный…

Ядри вздохнул.

— Они кажутся славными парнями, но гномы которые боятся спать в глубинах крепости, вызывают невольные подозрения, друг мой.

С первых дней, как путники прибыли в Караз-а-Карак, братья спали за стенами столицы среди шатров иноземных купцов. А ещё только дурак не заметил бы дикую неприязнь Хирда и Фирда даже к самым безобидным насекомым.

Для многих они казались ещё более дикими, чем звероловы Серых гор.

— Понимаю, они могут казаться странными, — пробормотал Бьёри. — Я не знаю, через что им пришлось пройти — да никто ничего об этом не знает. Но они не боятся подземелий. Нет… это далеко не так.

Он не мог в точности ответить на этот вопрос. Не смотря на крепкую дружбу, даже для Бьёри, история жизни братьев Жуфбара всё ещё оставалась тайной. На пути в Караз-а-Карак молодой рейнджер замечал у братьев тревожные сны.

Он никогда не задавал лишних вопросов, старался успокоить их, когда гномы в холодном поту вскакивали со своих циновок, отбиваясь от каких-то неведомых существ…

Они были далеко не трусами. Нет. Но что-то без конца тревожило их души…

— Не удивительно, что даже ты не знаешь эту историю, — Рихард показался из тьмы с арбалетом наготове. Завершив караул, он, как и многие другие прислушался к разговору. — Когда я собирал свой отряд, я искал самых самоотверженных рейнджеров.

Легенд… переживших самые мрачные битвы времён Скорби. Естественно, я навёл справки и о твоих друзьях… — Слабый свет огня едва освещал здоровенного Снежного паука, медленно перебирающего лапами у ботинок Багмана. Последний фыркнул и раздавил его с неподдельной жестокостью. — … я думаю, каждый здесь слышал об Убийцах Арахнароков.

— Я думал, они давно умерли. От яда или ещё чего, — неуверенно произнёс Ядри.

Бьёри подхватил прутик и потыкал в костёр.