Книга обид Карак-Азум

Улыбался, чувствуя рвение молодняка обучится ратному ремеслу. У солдат должны быть крепкие спины, чтобы нести не только доспех; Кровавые упражнения в учебе — залог победы в кровавых битвах.

Он знал, предчувствовал, этот разговор и понимал, что не уйти от ответа. Видел, как другие гномы в нерешительности столпились у дома Хаакама, а после лениво направились к Торвальду, желая высказать свои мысли насчёт рискованного дела:

— Мы пришли к тебе, Торвальд. Наши жизни и топоры в твоих руках, — говорили новоприбывшие гномы желающие вступить в отряд.

Торвальд, внимательно выслушал каждого, позволил он говорить и тем, в чьих сердцах поселился страх:

— Деньги, оружие и союзники, — зашумел седовласый гном во весь голос, впившись взглядом в юных рекрутов. — Серебро влияет на ход битвы не меньше чем железо. У нас ничего нет! Куда ты хочешь отправить наших детей? На смерть?

— Тренировки, — заметил Торас Троллебой.

Немногословный старейшина Карак-Акула, как обычно, экономил на словах, насколько это было возможно. — Тренировки — значит битва.

Другие долгобороды тоже ворчали. Им всем было жаль молодых. Тем более что они, лидеры общин, поровну поделили полномочия.

— Сколько вы готовы заплатить за свободу нашего народа? — возразил Хаакам, известный всем своей мудростью. — Ничто столь ценное не обходится дёшево. Даже самая простая военная подготовка может спасти жизни!

Кое-кто прекратил жаловаться, оценив тонкое замечание.

Хаакам знал, что такое свобода… и что такое, когда этой свободы нет. Его дом остался лишь в памяти. От большей части Карака и вовсе не осталось камня на камне.

— Ты не оставил нам выбора, — говорили они. — Теперь, зеленокожие прознают о нашем укрытии, они придут за нашими женщинами и детьми!

Эти слова словно нож прошлись по сердцу Торвальда.

Пусть и не винил он братьев за страх, но не мог не винить себя, за былую слабость в душе. Была ли его затея личным возвышением и искуплением за грехи? Нет, конечно нет! Он, так же как и гномы столпившиеся перед ним, был поднят с колен не своим, но сторонним усилием воли. Волею предков!

— Вы правы, братья... — отвечал воевода, — ... вскоре, орки прознают о вашем укрытии, они придут за вами, это так.