Дети за куполом

Понял, что Марк больше не собирается стрелять, медленно-медленно попятился, не сводя с него взгляда, а затем развернулся и припустил со всех ног дальше.

Марк прислонился к ближайшей стене и тихонько рассмеялся всей нелепости ситуации. Вот оно, значит, как: по городу носятся поодиночке растерянные малолетние рены и люди, хаотично сталкиваясь и пугаясь друг друга. Честно говоря, он себе военные действия немного по-другому представлял.

На город спускались сумерки, а он всё стоял, обнимаясь с той же стеной, пока не ощутил приближение ещё пары эмоционалов.

Почти сразу же, раньше, чем он их узнал, по телу разлилось облегчение. Первой показалась белобрысая макушка Вадая, осторожно высунувшаяся из-за металлической ограды через несколько дворов, затем выскочила мелкая фигурка Карины и со всех ног помчалась к Марку.

— Ранен? — отрывисто спросила она, ощупывая его глазами. — Куда?

— Нет, — удивился Марк. — С чего ты взяла?

— Мы слышали выстрел, и тут ты, еле на ногах стоишь, — отозвалась она, всё ещё недоверчиво оглядывая его со всех сторон.

— Это я от смеха, — пояснил Марк.

— В голову, наверное, попало, — заключил подоспевший Вадай. Сжимая в руках огнестрел, он напряжённо обводил прицелом ближайшие здания. — Тебя какой чёрт дёрнул свалить так далеко, атр?

— Показалось, Орт приказал убегать, — неловко ответил Марк, сам удивляясь своей глупости. — Вы меня как нашли?

— Орт нашёл, — Карина жестом велела ему следовать за ней, и Марк повиновался.

— А сам он где?

Ему не ответили: Вадай лишь фыркнул, а Карина сжала зубы.

— Он в порядке? — настойчиво спросил Марк, слегка обеспокоенный.

— Был, по крайней мере, — неохотно отозвалась Карина. — Пока не попёрся с Анисой на пару искать ту штуку, которая заблокировала магию.

Марк кивнул. Это было вполне в духе куратора.

***

Поступок Ортея, как позже выяснилось, был достаточно наглым неповиновением приказу. Сразу после позорного бегства Марка остальные наткнулись на отряд взрослых форсов.

Командующий аргент велел кураторам затаиться со своими подопечными в одном из домов и не выходить до распоряжения командования. В общем-то, Ортея можно было понять: сидеть в четырёх стенах, ничего не делая, в то время как в городе такое творится — да Марк и сам испытал подобное, стоя в кольце ритмов среди хнычущих детей.

Но старших не было уже больше часа.

Разговоры не умолкали, хотя казались совсем натянутыми.