БЕСсильный чемпион. Том 7

По приезду мою команду отправили завтракать в местную столовую, а меня лакеи повели в королевское крыло. Напомаженный мужик в парике объяснил, что Ее Величество нуждается во мне. Ладно, местную овсянку потом попробую.

- Перун! – влетает в комнату Элизабет. Не раздумывая, она прыгает ко мне, в гигантском прыжке преодолев комнату.

Я подумал, что меня сейчас обнимут и зацелуют, даже губы подставил, на всякий случай. Оказалось – не то. Меня хватают за плечи, заглядывают в лицо плачущими глазами. Замечаю - синие волосы растрепаны, домашнее платье измято.

- Спаси мою дочь, прошу! – выдыхает королева Великобритании.

О-о-о…Чего?! Дочь?

- Извини, я ночь не спал. Послышалось, что ты сказала «дочь», - как-то само собой на «ты» перешел.

- Да, мою Белу, - Элизабет берет себя в руки, отступает, сжав кулаки. – Прости, распустила руки.

В голове синтезируется ядерная цепочка: дочь – зачатие – секс – мужчина – муж.

- А ты замужем?

- Что? – хлопает заплаканными глазами королева. Не такого вопроса она ожидала в ответ на свою панику.

- А! Хорошо…то есть соболезную…А с дочкой что?

Хриплый мужской голос раздается из дверей:

- Ее Высочество Изабеллу похитили ночью, князь Бесонов.

В комнату заходит делегация из мужчин в костюмах. Элизабет, не глядя на них, представляет только говорящего:

- Лорд Бортвен, глава разведки.

Худой англичанин с залысиной, коротко поклонившись, продолжает.

- Постовые у комнаты принцессы были погружены в спячку.

- Ну вы даете, - провожу рукой по лицу. Час от часу не легче. -Похитители связывались?

Бортвен кивает на лакея. Слуга держит в руках сверкающий поднос с беспроводным телефоном, а рядом с трубкой дымится фарфоровая кружка с черным чаем. Долька лимона плавает в ароматном кипятке.

- Да, похититель - некий Евгений Аксюк. Сказал, чтоб вас привезли во дворец ровно к одиннадцати утра и угостили цейлонским чаем с лимоном.

Слуга протягивает мне поднос с телефоном и чаем. Сука Женя! Ребенка похитил, еще и издевается!

- Пожалуй, откажусь, - морщусь.

- Что же он не звонит? Уже почти одиннадцать, - ломает себе пальцы Элизабет.

- Не волнуйтесь, - при посторонних перехожу на «вы». – Я спас вас, спасу и вашу дочь.

На эти слова Бортвен кривит лицо, может, думает, что бахвалюсь. А королева благодарно улыбается – слабо, тускло, но уже хоть что-то.

- Я знаю, - говорит тихо.