Ловец теней

– У вас остались имя и адрес женщины? – спросил Генри.

Воспитательница качнула головой.

– Когда мы обратились к страже, выяснилось, что таких не существует. Сейчас уже и не вспомню, как она назвалась. Больше года прошло.

– И Веронику никто потом не видел даже случайно на улице?

– Нет.

– Благодарю вас, – Генри поклонился и уже в дверях спросил: – А скажите, как Вероника выглядела?

– Да, обычная девочка. Худенькая, большеглазая, с темными косичками.

Генри снова поблагодарил воспитательницу и, покинув приют, отправился по третьему адресу.

Мастерская кожевника, чьей дочерью была Анна-Мария Хьяль, располагалась на окраине города. Добираться пришлось на попутной телеге.

– Сеньор Хьяль? – обратился Генри к угрюмого вида мужчине. Тот сидел за столом в мастерской и выдалбливал на куске кожи замысловатый узор.

– Какой я тебе, к теням, сеньор! – проворчал он, мазнув его взглядом. – Чего надо?

– Меня зовут Генри Драйден, – он склонил голову. – Я здесь по поручению моего отца, капитана городской стражи.

Не хотел он использовать свое имя, но сейчас дело было важнее гордости.

Мужчина смерил его оценивающим взглядом.

– И? – только и спросил он.

– Мы ищем вашу дочь, Анну-Марию.

– Не прошло и двух лет! – кожевник усмехнулся. – Самим-то не стыдно?

– Расскажите, пожалуйста, как она пропала.

– Она не пропала. Ее похитили, – мужчина сжал кулаки. – И я твержу об этом два проклятых года!

Генри опустился на табуретку рядом со столом.

– Что именно случилось?

– Мерзость случилась, вот что, – он отвел взгляд.

– Ко мне в мастерскую обратился состоятельный клиент. Хотел украсить седло и даже дал задаток за срочность. Анна-Мария сновала по мастерской туда-сюда, и я сразу-то не понял, что мужик ее присмотрел. Попросил напоить его лошадь. Даже монетку кинул. И вот пока я был занят делом, они оба вышли на улицу. И стоит ли говорить, что когда я закончил работу, ни мужика, ни Анны-Марии уже нигде не было.

– Соседи ничего не видели?

– Да все в своих заботах слепые, как кроты, – кожевник покачал головой.

– Говорят, вроде какая-то повозка проезжала. Да кто ж знает. А теперь-то тем более...

Он прикрыл лицо мозолистой ладонью. Генри почувствовал себя неуютно, словно лез в чужую душу.

– Мужчина не представился? – тихо спросил он.

– Его имя мне ни о чем не говорило, а вот узор, который он заказал...

Кожевник поднялся и, подойдя к шкафу в углу, принялся рыться в ящиках.

– Вот, – он положил на стол кусок бумаги с рисунком.