Якудза из другого мира 9

– Твой час настал, Хироши Ясуда. Вспомни всех тех, кого ты не смог сломать. Вспомни и ощути их боль…

– Прости! Я не хотел! – завыл Хироши. – Так получилось! Меня заставили!

– Проси прощения не у меня. У них, – молодой человек опустил глаза, кидая взгляд на черный дым, струящийся возле его ног.

Из дыма вылетел первый контур лица. И это детское лицо безмятежно улыбалось. Как улыбалось в тот момент, когда в спальню ввалился пьяный Хироши…

Иоширо побежал в другую сторону. Он прижимал обезображенные руки к груди, пытаясь удержать внутри тела остатки той жидкости, без которой ни один человек не может существовать.

Бежал, спотыкался, падал, подвывал от боли, когда, опираясь на локти, поднимался. Бежал прочь от непонятного кошмара, который возник на их пути.

Бежал и не верил, что это всё происходит с ним.

Где-то вдали послышался душераздирающий крик. С содроганием Иоширо понял, что это кричит его друг и соратник.

– А вот меня ты не возьмешь, урод, – прошипел Иоширо, огибая ствол большой сосны.

Неожиданно сосна резко опустила ветвь, а с её конца сорвалась огромная белка. Эта белка со всей дури приложила обеими ногами в грудь Иоширо, отбрасывая его назад. Полет показался бесконечным. И всё же финалом было падение. Жесткое падение. Копчиком на камень.

Тело пронзила новая вспышка боли. Но гораздо сильнее боли вспыхнул страх. Иоширо ощутил, что волосы на голове зашевелились, когда ночную мглу прорезал свет.

Над фигурой, которую Иоширо сначала принял за огромную белку, загорелся огненный шар.

Он осветил молодого белобрысого хинина, спокойно стоящего перед лежащим.

– Оставь меня! Даруй мне жизнь, и я отдам тебе всё, что у меня есть. Я богат! У меня есть средства для безбедной жизни! Я всё тебе отдам! Только отпусти-и-и, – клацая зубами, проголосил Иоширо.

– Зачем мне грязные деньги? – холодно спросил хинин. – У тебя был шанс отдать их бездомным детям. Ты мог сделать их жизнь чуточку лучше. Вместо этого ты продавал детей за гроши, а некоторых спокойно убивал.

И после этого ты просишь жизнь?

Из рук хинина заструился черный дым. В дыму что-то шевелилось. Света от горящего шара хватило, чтобы разглядеть среди шевеления контуры детских лиц. Иоширо даже начал узнавать их. Он думал, что эти лица навсегда сотрутся из его памяти, но нет – они снова вернулись. Вернулись, чтобы мстить.

Та самая девочка, на которой он впервые не рассчитал свой любимый удар… Она улыбалась…

– Я не хотел!

– Никто не хотел, – проговорил хинин.