Якудза из другого мира 9

– Все оказываются только поварами и водителями, но никто не хотел убивать. Никто…

– Прости меня!

– Прощения следует просить не у меня, – хинин опустил глаза на снующие у ног лица из дыма. – У них…

– Простите! Прошу вас! Простите! Умоляю! А-а-а-а!

Ночное небо над садом Коисикава Коракэн вновь разорвал на куски громкий крик, через секунду превратившийся в душераздирающий вой.

Когда всё закончилось, то хинин вернулся к каменной скамеечке и аккуратно убрал ножи в рюкзачок. Не дело было оставлять улики на месте преступления.

Отпечатков никто не найдет, а вот с рюкзаком всё равно могут возникнуть проблемы.

Из-под лавки вылез белый котёнок с небесно-голубыми глазами. Он огляделся по сторонам, дотронулся коготком до отрезанного пальца с чёрным ногтем и коротко мявкнул.

-- Хули мяу? -- буркнул хинин. -- Всё в лучших традициях Идущего во тьму. Их убили души загубленных детей. Ты же так хотела, Оива?

Котёнок снова мявкнул, кивнул, потом почесал задней лапой за ухом и полез обратно под скамью. Через несколько секунд даже хвостика не осталось.

Хинин почесал затылок, а после пожал плечами, поправляя рюкзак.

– Эх, придурки, а ведь я хотел как лучше, – вздохнул молодой человек. – Такую смерть предложил, а они... Вообще не ценят хорошего расположения. Сразу же принимают за слабость… Что за люди?

После этого беловолосый хинин неторопливо направился к выходу, покачивая головой и тихо сетуя на несовершенство этого мира.

Он не видел, как с растущей рядом сосны бесшумно спустилась ловкая фигура.

Она чуточку постояла над отрезанными пальцами, а после также тихо растворилась в ночной темноте.

Глава 2

Внутри пещеры прохладно даже в жаркую погоду. Ветры и запахи снаружи не могли пробиться сквозь плотные джунгли вьюнов и гибискуса. А уж когда к частым листьям вьюна добавились колючки онгаонга, то даже мыши прекратили попытки сунуть туда свой любопытный нос. Митсэру Кобунага не просто так высадил на входе эти заросли - они отпугивали непрошеных гостей и защищали от непогоды.

Митсэру разглядывал снимки, сделанные во время недавнего боя между хинином и десятью мастерами. Он старался подмечать каждую деталь, чтобы потом её проанализировать. Отмечал, записывал и смотрел на новый снимок.

На одном из снимков он заметил небольшое несоответствие. Максимально приблизив и включив полнейшую детализацию, он разглядел то, что его взбудоражило – на чёрной ткани арены один из иероглифов был исправлен!

Это исправление насторожило Митсэру.