Последний реанорец. Том IV

– АААААА!!! ЧТО Б МЕНЯ!!! ДЕРЬМО!!! – рявкнул свирепо я, хлопнув несколько раз от нахлынувшей злости по поверхности воды и прожигая взглядом ценную тушу монстра. – Прокляни меня Бездна, я совсем, наверное, рехнулся!!! Твою мать!

И скрепя сердце, отвернувшись от тела чудовища, я, выжимая из себя все силы, устремился в нужном направлении, но почти сразу попал под сильное течение, и в мгновение ока меня засосало в одно из трёх отверстий.

Приходилось не только отдаться во власть воды, но и также оперативно защищаться от стенок и подводных камней, которых здесь было более чем в достатке, но сила духа и тело молнии справлялись с этой задачей на отлично.

Несколько минут спустя вся тряска прекратилась, потому как впереди стал отчетливо слышен звук падения воды от низвергающегося водопада, а еще несколько мгновений погодя мне пришлось группироваться и падать вниз с тридцатиметровой высоты в еще один водоём.

Вот только он кардинально отличался от первого.

Во-первых, этот водоём был более ухожен, словно за ним кто-то присматривал и походил на резервуар. Хватило одного взгляда на аккуратно расставленные кристаллы вокруг, чтобы убедиться в этом. А во-вторых, это было не вшивое подземелье, весь вид чем-то напоминал обширный зал.

Парой секунд спустя пришлось вновь подниматься со дна, а еще через пару минут я смог добраться до ухоженного берега и, оглянувшись по сторонам, вновь начал поиски девушки.

Ни одно реанорское чувство не ощущало Трубецкой. Ни её запаха, ни знакомых звуков.

Ничего!

– АЛИНА!!! АЛИ…

Вот только во второй раз я так и не закончил слово до конца, потому как в этот самый момент стена позади меня щелкнула и медленно стала отворяться. А затем моим глазам предстало два ошеломленных силуэта, что выронили перед этим из рук по корзине с травами, к тому же это были те, кого я уже никогда не думал лицезреть лично.

– Не может… этого быть! – вырвалось у меня.

Из глубин сознания хлынул миллион различных воспоминаний, о которых я стремился навсегда забыть. Животный гнев и злоба поднялись из глубин души, а тело начало действовать на инстинктах. Ведь я никогда не забуду то, что они сделали. Никогда не забуду оттенок этой проклятой кожи, эти гнилые глаза.

– Подлые твари! – процедил я сквозь зубы, а следом гнев поглотил всё моё естество с головой.