Последний реанорец. Том IV

Треск платья сейчас походил на громовое звучание среди ясного неба, а моему взору, наконец, предстала княжна Алина Трубецкая во всей своей естественной и божественной красе. К тому же сексуальное красное нижнее белье и чулочки не скрывали, а лишь подчеркивали красоту девушки и с новой силой распаляли весь огонь, что прямо сейчас разгорался в груди.

Страстные девичьи поцелуи, которыми она одаривала своего любовника походили на раскалённые угли, приносящие сплошное удовольствие. А нежные мужские руки, блуждающие по коже и всем чувственным девичьим местам в ответ доставляли просто запредельное блаженство его партнерше.

Тяжелое дыхание двух тел переплетённых воедино со временем начало перерастать в животные хрипы. А сами хрипы в один из решающих и судьбоносных моментов преобразились в яркие и соблазнительные девичьи стоны. Вначале были крики краткосрочной боли, а затем они стали медленно, но верно превращаться в вопли изнывающего желания и будоражащие душу крики экстаза, похоти и безумного наслаждения.

Магиня воды отдавала всю себя и всю свою естественную любовь и тепло без остатка, подобно нескончаемому дождю. Столп империи же принимал и поглощал её до самой последней капли, словно был сотворен из песка. А страстные вопли девушки и тяжелое мужское дыхание не прекращались ни на миг до самой глубокой ночи.

***

Никогда не думал, что юные девы могут быть настолько неутомимы. Хотя не припомню, чтобы в прошлой жизни занимался сексом именно с магинями воды, но Алина была прямо-таки ураганом нескончаемых эмоций и желаний.

Мне хватало одной секунды задействованной эмпатии, чтобы понять это и убедиться.

Бескорыстная любовь или сильная увлеченность?

И почему на душе так гадко, а чувствую я себя последним мерзавцем за все свои проверки. Но я и в лучшие свои времена не был совершенством, да и нет такого понимания как зло или добро. Хотя может это просто я прогнил почти так же, как и весь Мерраввин и сейчас просто ищу себе оправдания.

Глаза вновь скользнули вниз, и я невольно засмотрелся на разметавшиеся по постели каштаново-рыжие волосы, полностью оголённое и безумно возбуждающее тело, а особенно грудь.

На невинное и ангельское личико, на нежные черты, а также ненароком прислушался к мерному и успокаивающему дыханию на моей груди.

Стигма. Рунное тело. Альвы. Выбраться отсюда. Пятно Тулаевых. Прирезать всякую шваль. Ясака. Осокины. Хунхузы. Решить множество вопросов. Академия. Род. Женитьба. Развитие. А времени так мало. Слишком много дел.