Факультет экстремального выживания

Это что ж получается? Здесь помимо прочих радостей жизни, ещё упыри и зомби есть? Интересно, а это не заразно? Нет ли их в лабиринте? А если есть, то как с ними бороться без магии? Может стоит кол заточить осиновый, да чесноком обвешаться, прежде чем дальше лезть? А ещё смущает то, что любой обладающий специфическими навыками, при контакте с тобой может узнать необходимую ему информацию. Конечно придумать правильные вопросы не так уж и просто, но при желании в этом нет ничего невозможного. Опять же, если им не удастся что-то узнать таким образом, и по-хорошему ты рассказать не пожелаешь, то…

— Человека могут убить, чтобы узнать всё?!

— До подобного редко доходит, — положив свою огромную ладонь на мою руку, успокоил Стэн, и я поняла, что последнюю мысль произнесла вслух.

— Но бывает?

— Официально это запрещено, — отозвался Ральф. — Даже в судебной практике человека погружают в состояние близкое к смерти, выуживают информацию и возвращают к жизни. Но существуют и преступники. Им ни к чему свидетели.

Поэтому они предпочитают работать с мёртвыми.

— Бр-р-р… Жутковато, как-то, — только и смогла выдавить я, ощущая как по шее, предплечьям и спине пробегают волны мурашек.

— Да уж, тема не самая подходящая для застолья, — поддержал меня Вир.

Я мысленно с ним согласилась, искренне надеясь, что ни с чем из ранее обсуждаемого никогда не столкнусь.

— Ребят, извините уж, но может объясните, что сегодня за день такой? — решила сменить тему я.

— Какой? — хором отозвались они.

— Ну-у… Наверное, праздник какой-то, — уже менее уверенно озвучила своё предположение.

— К-хм… — поперхнулся Стэн. — С чего ты взяла?

— Вчера все девушки были в таких вот костюмах, — повела рукой, давая понять в каких именно. — А сегодня словно на бал собрались: платья, туфли, драгоценности…

— Ах, ты об этом! — тут же заулыбался рыжик. — Это из-за Виратье.

Вот что тут сказать? Прямо сразу всё встало на свои места и вопросы отпали. В жирных таких кавычках «отпали».

Желание ещё о чём-либо спрашивать напрочь испарилось. Какой смысл сотрясать воздух, если вразумительного ответа всё равно не получишь? Зато появился едва сдерживаемый физический порыв ещё раз приложить Стэна обо что-нибудь, и побольнее.

Какое-то время ели молча. Я уткнулась носом в тарелку, не смотря на притихших товарищей. Но в конце концов, Вир сжалился надо мной, и кое-что пояснил:

— Миор Алькор Виратье, единственный сын первого советника императора.