Плюмагна. Надвигающаяся буря

Последнее, что им было услышано прежде, чем плотная ткань сомкнулась за спиной, был выкрик тётки: «Они нас ещё предадут!»

«Не раньше, чем вы это сделаете с нами!»

* * *

— Значит, в какой-то мере мы с тобой похожи, — встав напротив позорного столба, обратил Фийхнан к орку.

Урслак в ответ что-то промычал. То, что читалось в его глазах, уже ни капли не напоминало ни гнева, ни ненависти. Побитая шавка выглядела бы куда более грозно, чем он сейчас.

— Тебя тоже презирает твой же народ, и тоже твоё существование держалось только на авторитете предков.

Расширившиеся зрачки евнуха явно сказали о недоумении и удивлении. Он с трудом выскулил:

— А какая теперь разница?

— А такая, что глупо рваться к славе, выбирая заведомо неподходящего противника. «Знай своё место, но стремись к большему!» — учит Пророк. «Совершай шаги малые, но твёрдые, а не твори безумные скачки!» — говорят мамлюки.

— Ты издеваешься? Мало тебе было, что сделал со мной твой папаша.

— Нет, — отрезал Фийхнан. — Моя сестра Аиме всегда учила меня и других, что нет большей подлости, чем глумление над слабым. И я с ней согласен. Я считаю, что любой заслуживает права.

— Права? Какого ещё права? — уже открыто огрызнулся орк, но звучало это примерно как попытки тявкающей маленькой собачки, прячущейся за чем-нибудь, казаться грозной.

Фийхнан кивнул куда-то вправо, и из-за ближайшего шатра появились Янар с Азмаком.

Как ни странно, несмотря на громкий новый титул, Акулья Пасть настоятельно велел «Не надо подтирать мне задницу!», что, по словам Луноликого, следовало толковать как «Обойдусь без почётного караула». Поэтому, кроме них двоих, никого в процессии более не было.

— Что ты скажешь, если тебе дадут шанс искупления? Уж прости за такой каламбур, вспоминая, что тебя оскопили. Я знаю, что всего позора не смыть тебе никак, да и род уже не восстановить.

Урслак вновь заскулил, но теперь с нотками гнева. Гора мышц его осунулась ещё больше, став похожей на шахматную фигуру коня.

— Тебе точно нужно это... шаман, как это слово? — поковыряв под позолоченным клыком, скептически спросил Янар.

— Недоразумение? Подобие жизни? Ничтожество? — на сей раз Азмак, не скрывая и собственного отношения к побитому, выдвинул больше вариантов.

— Вот их всех.