Сага о халруджи. Книга 2. Индиговый ученик

Храп уменьшился, перейдя в едва слышное кряхтение, но не прекратился.

Несмотря на то что от камина шел сильный жар, пол комнаты оставался холодным, обжигая босые ступни. Продолжая растирать глаза, которые по-прежнему ничего не видели, Арлинг на ощупь поднялся, еще не зная, куда пойти, но понимая, что оставаться наедине с храпящим незнакомцем ему не хочется.

Первый шаг закончился столкновением. Он налетел на столик второй раз, опрокинув его и все, что на нем стояло. Звон разбитого стекла, запахи лекарств и застоявшихся лилий наполнили мир бестолковой суетой, а раздавшийся женский крик слился с его собственным.

– О, боженьки мои, господин проснулся!

Волна шума взметнулась по комнате и выплеснулась в коридор, откуда раздался топот ног и взволнованные голоса.

– Тебе это снится, – прошептал Арлинг, замерев на месте и чувствуя, как ночная рубаха, намокшая от воды из опрокинутой вазы, неприятно липнет к ногам. В следующий миг дверь с грохотом распахнулась, впустив сначала сквозняк, а следом за ним знакомый голос.

Когда-то родной.

– Сын!

Кажется, он знал этого человека. Элджерон Регарди, его отец и Канцлер Империи, крепко обнял его, обдав запахом табака.

– Слава Амирону, ты очнулся! – руки Канцлера тряслись, но Арлинга не отпускали. – Все будет хорошо, теперь хорошо. Я знал, что ты выкарабкаешься. Ты сильный! Чего стоишь, глупая женщина! Прибери здесь!

В комнате неожиданно стало людно. Арлинг не видел слуг, но почти физически ощущал на себе их любопытные взгляды. Ему казалось, что он попал в другой мир.

Может, новый вариант его личного ада? И кто это так горячо обнимал его? Отец? Человек, от которого было трудно дождаться похвалы и который…. убил Магду.

– Ты целый месяц лежал, словно мертвый, – Канцлер проигнорировал его попытку отстраниться и снова прижал к себе. Чувствуя предательскую слабость, Арлинг не стал сопротивляться. Если бы не объятия отца, он снова бы упал. Руки, будто сломанные ветки, ноги, словно подпиленные стволы деревьев, тело, как разбитая весенней слякотью дорога.

Душа… Душа, словно покинутый дом. Там все умерли. Осталась лишь пустота. Но это была его пустота. Та, за которую он заплатил жизнью Магды.

Отец продолжал что-то говорить, но до него долетали лишь обрывки фраз.

– Мерзавец Даррен… Ты поправишься… Все начнем заново… Месяц не беда, капля в море…

Вокруг было слишком много людей. Они его раздражали. Кто-то ободряюще похлопал по плечу. Неужели, Холгер? Похоже, все были ему рады, даже отец. Как странно.