Эдемский Маг. ТОМ II

Давай посмотрим конец… Хррр… Бррр… Давай завершим историю…

Они смотрели друг на друга, словно никогда и не были родными людьми. Их магические ауры с треском соприкоснулись, заискрили, зарычали, в такт начинавшейся Великой Войне Архимагов. Их ауры соприкоснулись, с треском разбивая сердца друг друга, дружбу, воспоминания, встречу, и рождая только битву, войну да яркий конфликт двух друзей, выбравших каждый свой личный путь. Разные идеалы, взгляды, мысли, эмоции… Сама судьба свела их, чтобы потом столкнуть, схлестнуть, покончить с разногласиями.

Сама судьба заставляла их страдать, кидая друзей друг на друга и разрушая всё то, что их скрепляло, объединяло, их участь была в этой борьбе и встреча эта с самого начала была предрешена самой судьбой!

— Прости меня, братишка. Чёрный змей должен поплатиться за свои страшные грехи. Я правда не хочу всего этого… — эдемский маг почувствовал горечь в горле, а Демиург даже не моргнул. Его магия, совершенно безразличная и чуждая всему живому, первая молниеносно вырвалась из Демиурга, заставив пламя чёрного богатыря изящно изогнуться в виде прочного щита.

Электрическая фиолетовая буря с грохотом врезалась в щит, расточаясь в огне, растворяясь, развеиваясь, но продолжая держать напор. Демиург был готов сражаться до самого конца и с каждой секундой доказывал это всё больше.

Саркис предпочёл поддерживать щит маной, пока противник кружился, словно фея, пробуя атаковать с разных сторон и с разной интенсивностью. Молнии нещадно били в ярко-оранжевую подвижную преграду, с треском разбиваясь и рассыпаясь мелкими, фиолетовыми, разозлёнными осколками, заливавшими всю округу своим магическим, искусственным, пугающим светом.

Магия этого нелюдимого, молчаливого и рычащего существа, так непохожего на златовласого, умного Демиурга, была бесспорно воинственна и мощна для простых магов Нижнего мира. Молнии хлестали несчастный щит, а тот дрожал. Выдерживал, но дрожал, от самого верха до самого низу.

— Плохо дело. Придётся выйти из обороны… Ну держись, братик! — Саркис даже смог улыбнуться.

По-доброму, ласково, даже с некой любовью, хотя какой любви был достоин зачинщик конца света, действующий лишь в своих интересах и плюющий на устои и законы остального мира, на чувства людей, на их города, на их дома.

Щит шумно распался, сумев отразить и развеять по воздуху последнюю, до отказа наполненную магией фиолетовую молнию. Пламя изогнулось крутой дугой и плавно полетела к Демиургу.