Кобра клана Шенгай. Мастер

– Поэтому его огибали – впереди было куда больше легкой добычи.

Я вздрогнула. Девочки в саду. У корпусов. Учителя в лесу, оказавшиеся на дневной медитации.

Мы связали собранные стебли веревками. Это было разумнее, чем тянуть их в руках, рискуя рассыпать снова.

– Знаешь… – тихо произнес Изаму, глядя перед собой на землю. – Я слышал, что Граница прорывается тогда, когда грехи в империи становятся просто невообразимого размера. Настолько большого, что люди этого не осознают. И тогда боги посылают им предупреждение.

А, если не действует и оно, то стирают всех с лица земли, и наступает новая эпоха.

– То есть, по-вашему, эпоха Гэдо подходит к концу? – уточнила я, поднимая вязанку растений.

– По крайней мере так пишут в хрониках, – пожал он плечами. – Цуми – воплощение греха. Чем больше зла, тем сильнее и разнообразнее цуми, тем с каждым разом их все труднее убить.

– А вы умеете с оптимизмом смотреть в будущее, – проворчала я. – Солнце заходит, давайте двигаться к школе. Если тут кто-то вылезет из руин, приятного мало.

Изаму не возражал, подхватил свои травы и последовал за мной. Я кусала губу, понимая, что боюсь услышать ответ, но упустить такую возможность для расспросов нельзя, поэтому все же осторожно уточнила:

– Видели ли вы среди уцелевших Чоу, внучку оммёдзи, и Мисаки, мою… одногруппницу.

Изаму задумался. Кажется, я серьёзно озадачила его вопросом. Хотя, скорее всего, ему было просто не до этого. Если он и запомнил кого, то только тех, кто попадал к нему в наспех сооруженный лазарет на новом месте, то есть, в школе Токугава.

– Вот вроде бы мельком видел эту мелкую… как бабочка-лиственница. Не могу утверждать с уверенностью, но, надеюсь, с ней всё в порядке. А Мисаки… – Изаму покачал головой.

– Не видели или… видели? – затаив дыхание, уточнила я.

– Не видел.

Не тот ответ, который хотелось бы услышать. Но в любом случае, это не однозначное: «Она мертва». Значит, не стоит терять надежды.

Мы приблизились к воротам школы, сейчас это было жалкое подобие того, какими они были.

Можно лишь по памяти проходить здесь, считая, что это выход. В своё время именно через них я въехала на коне Санта и… здесь же сбивал мою рёку Эйтаро, которая полетела совсем не туда.

– Видит Трёхрукий, нам будет нелегко, – пробормотал он под нос.

Трёхрукий… ах да, Изаму из клана Юичи. Там почитают именно его.

«Единственное божество, с которым я ещё не встречалась», – появилась странная мысль. И тут же поморщилась.