Кобра клана Шенгай. Мастер

Видимо, решили: будучи живым и зная, что его семья мучается, Йонри будет страдать сильнее. В Сугроне остаться без рёку (как же она называется там?) такое же бесчестие и горе, как и у Шаманов Ночи.

Эйтаро понимал его чувства. Но сейчас северные знания и рёку с Золотым благословением могли помочь найти друзей.

– Помнишь, когда в землях Икэда попали в снежную пустыню, ты сумел отыскать нас при помощи ритуала.

Эйтаро затаил дыхание, глядя на хмурого Йонри. Точнее нет, не хмурого, а… На бледном лице не отображалось ни единой эмоции.

Перед глазами вмиг появились острые вершины гор, засыпанные снегом до такой степени, что невозможно было смотреть не щурясь.

Они тогда с Ордо заблудились: цуми изо льда и бешеной метели закружили бы любого. И, когда, наконец, стало ясно, что ни сноровка Эйтаро, ни степняцкое чутье Ордо не помогут, они услышали зов.

Он пришел снежным ветром, звенящим бураном, морозным воем и пронизывающим до костей пением. Таким… горловым, низким, сводящим с ума.

Оно завораживало. Заполняло собой мир от неба до земли, от восхода до заката.

В пение вплетался ритм, словно создающий основу. Хочешь взяться – берись. Хочешь вцепиться – давай!

Удары в барабан совпали с ударами сердца. Варган зазвенел, вплетаясь в метель.

Тогда и Эйтаро, и Ордо не успели сообразить, что происходит. Они попытались сопротивляться, но тут перед глазами полыхнула бирюзовая рёку, прошитая золотом. И обоих резко куда-то потащило.

«Хватайтесь!» – прозвучал в головах приказ.

Ни Эйтаро, ни Ордо уговаривать не требовалось. Едва ладони обожгло рёку, их обоих выдернуло из снегов возле гор. И лишь спустя время оба пришли в себя под присмотром лекаря, которого приволок Сант. А Йонри тем временем приходил в себя после ритуала.

Как оказалось, он рискнул использовать традиционную северную магию, но вливая рёку сейванена. Решение было удачным. Только вот после этого Йонри замкнулся на долгое время.

И сейчас… Но… а, шиматта! Ведь речь о жизнях их друзей!

Йонри молчал.

Эйтаро мысленно напрягся, не желая верить, что тот сейчас откажется.

Тишина начала затягиваться.

– Сейчас не зима, – вдруг уронил он.

Эйтаро несколько растерялся. Такого ответа он точно не ожидал. Однако… раз так, то можно о чем-то думать.

– Это обязательное условие?

Йонри сдул иголочки с ладони, те полетели к реке, переливаясь ярким золотом.

– Не знаю, – ответил он. – Никогда раньше не пробовал.