Демон Ночи

Да вообще в этом «городке», как я погляжу, мало кто просто так ходит по улочкам.

Либо все рассредоточены по Секторам и на нейтральных территориях, либо… я даже не знаю. На этом пока что всё.

— Семь утра, — добавляет Бойко, видя, что я удивлён малому количеству охотников на улице. — Сейчас все на тренировке… из тех, кто в Школе, — поясняет мужчина. — Те же, кто выполняют контракты от Организации Охотников на Монстров, находятся в любой точке земного шара. Нас ждёт что-то похожее. Поэтому давай, ступай внутрь. Тебя уже ждут.

А это очень удобно, что Школа Охотников-Убийц и Охотников-Ловцов на Монстров находится там же, где и сама Организация Охотников на Монстров.

И регистрация с тестами здесь же.

Даже интересно, кто меня ждёт в этом Синем Зале.

Тоже мне «Синий».

Здание белое, нигде нет ничего, что напоминало бы синий цвет.

Но да ладно.

Я киваю в сторону Бойко, сам же беру Психа за руку… точнее, он берёт меня за руку и тащит внутрь.

— Чувак, давай быстрее проходи свои реги-хереги, тесты-хересты, и пойдём уже по бабам.

У меня два месяца из-за тебя не было ничего кроме пор… тибетских мантр на планшете, — прокашливается гремлин. — Так что давай уже, поднажми там.

Белоснежные деревянные двери со стальными креплениями проваливаются в щель под каменным порогом.

Мы заходим в такой же белоснежный холл, где много света, свободного пространства и… длинный коридор, которому нет конца. Видимо, это некая иллюзия, потому что здание хоть и широкое, но не настолько, чтобы не заметить разницу в расширении пространства изнутри.

— Удачи, Константин, — слышу за спиной голос мудака, который ждёт, когда мы уже отправимся прокачивать его́ ранг, а не его и мой.

Двери со скрипом поднимаются из щели.

За спиной теперь нет выхода, а впереди лишь бесконечный белый коридор.

Всё, тишина.

Лишь я, Псих и лёгкое почёсывание яиц питомца.

— Чувак, я ссать хочу, — сразу же напрягает гремлин.

Ну почему мне достался такой… такой… ладно, хрен с ним, с этим питомцем.

— Чувак, прикинь, я пока срал в лечебке, ко мне…

— Так! — повышаю я голос.

— Псих, твою мать! Я всё понимаю, но давай ты завалишь свой хлебальник хотя бы на пять сраных минут!

Гремлин проглатывает слюну и молчит… даже указательный пальчик, который только поднял, медленно опускает вниз.

— И хватит называть меня «чуваком», — уже более спокойно говорю я.

— Окей.

— И расширяй уже свой словарный запас, а то только срать, жопа, ссать, хер и ничего другого, — добавляю я.

— Окей, — вздыхает Псих.