Великие Спящие - 1 (Безымянный раб - 7)

— Вес-сстник будет доволен! — выдал змееног и решительно пополз к выходу…

На этом месте фрагмент памяти нага закончился, и Рошаг вернулся к ощущениям собственного тела. Сознание с трудом освобождалось от липких тенет наведённых грёз, действующих на костяного дракона подобно наркотику. Чтобы прийти в себя, бывшему логу понадобилось несколько минут. И лишь когда разуму вернулась ясность и связность мыслей, Рошаг смог сосредоточиться на увиденном.

— Говоришь, Вестник будет доволен? Что ж, буду… Ещё бы понять, что за артефакт ты нашёл.

И какова природа наведённых им эффектов, — прохрипел дракон, сворачиваясь в клубок. 

В голове роились десятки и сотни мыслей. Слишком много непонятного связано с находкой нага, и странности не ограничиваются парой озвученных вопросов. Вот только разобраться со всем этим здесь и сейчас он точно не сможет. Придётся подождать, когда слуги доставят мархузову сферу к нему в Козьи горы.

 

Пока же… пока надо передать ощущения от контакта с артефактом остальным главам ковенов. Нагу банально повезло — пусть другие не полагаются на удачу, а сразу настраивают поисковые амулеты на нужные параметры. Ну а затем следует сесть и хорошенько подумать: куда его заведёт эта и последующие находки. Потому как потом, Рошаг был совершенно в этом уверен, будет поздно…

* * *

Загородное поместье третьего секретаря главного городского смотрителя Семи Башен было построено в колониальном стиле, точнее, в том, что ныне принято было считать колониальным.

Белый камень, толстые стены, широкие окна, прямоугольная крыша, у входа — колонны. Выглядело не особенно богато, но это только на взгляд Великого мага. Для простого смертного, полжизни проработавшего в скромной чиновничьей должности в столице Истинных магов, это была вопиющая роскошь. Не удивительно, что в конце концов хозяина дома поймали на взяточничестве и без лишней помпы повесили.  

Ситуация насквозь житейская, очевидная для любого… Если только не задумываться о том, что таких продажных чинуш половина гражданской администрации Нолда, но казнили именно этого. Бримс долго боролся с соблазном приказать своим людям достать дело проворовавшегося слуги народа из архива, но осторожность победила.