Проклятый игрок: Среди магии

Каждый из этих людей будто привык сражаться и прошел через множество битв...

Они называли себя Игроки.

Правда, несмотря на свои боевые качества, они оказались довольно слабыми духом и боялись смерти — хотя кто не боится. Даже без их человеческого палача, Гёте, они смогли выведать много информации из этих Игроков.

Например, что раньше в этом мире была огромная иллюзия, Игра, в которой люди только и делали, что сражались, не заботясь о жизни — они ведь могли бесконечно воскресать там.

Потому и сражаться умеют хорошо...

С Игроками секретарь планировал как-нибудь объявить перемирие, ибо их слишком много и спасает пока только их неорганизованность — эльфов же в их деревне наберется от силы тысяча, бойцов, естественно, меньше. Магов и того, несколько десятков.

Конечно, придется пойти на некоторые уступки, например, не ловить людей для Мистических деревьев, но это того стоило. Три дерева уже готовы, осталось дождаться созревания плодов на двух из них.

Третий плод уже созрел, но та, для кого он предназначался и с кем был связан кровью, — Энея, дочь Дитриноеля, — куда-то убежала. Чертов молодняк... Думать лишь о себе, забывая о благе деревни!..

Пока секретарь, пашущий на благо деревни в поте лица, занимался важными делами и сновал по всей деревне, Дитриноэль вдруг вскочил с места. Амулет, который раньше показывал лишь жива Энея или нет, вдруг на пару секунд передал расположение Энеи, а затем ослепительно вспыхнул изумрудно-зеленым свечением.

..

И погас.

— НЕТ!!!

Дитриноэль разом поседел, а деревья-стены его дома вдруг засохли.

Погасший амулет означал лишь одно — смерть объекта, связанного с ним.

Смерть Энеи...

Поседевший эльф вскочил с места, разом протрезвев и позабыв о амулете, выскочил на улицу, отдавая указания.

Собрав отряд лучших бойцов и разведчиков из двух десятков эльфов, Дитриноэль отправился на место, куда указывало расположение с амулета.

Амулет же, забытый поседевшим Дитриноэлем, не погас полностью.

Свечение было, но почти незаметное.

Дитриноэль же хотел забрать хотя бы тело своей дочери... И отомстить тому, кто это сделал.

И почти никто не заметил слабого свечения плода Мистического Древа, предназначавшегося Энее...

***

— Ну и нахера ты её не прикончил, как только встретил?

— Так... Милая девушка же... — оправдывался один парень перед пожилым мужчиной, поросшим щетиной.