Последний из Двадцати

Но ведь он победил!

Или нет?

Что, если игра восприняла попытку помочь ему со стороны Ска за явное жульничество, а всё происходящее сейчас лишь издевательская прелюдия к ожидающему его аду?

Невинно и неспешно она юркнула к смятой постели, где он спал ещё пять минут назад, настойчиво потянула на себя.

Рун заключил её в объятия - руки как будто только и ждали отмашки от хозяина. Ладони чародея прошлись по изящному стану, коснулись мягкого, напрягшегося от томительной истомы животы. Скользнули по гладкой коже ниже.

Бесовка закатила глаза, подняв руки, оплетая ими шею юного чародея, из клыкастого рта раздался сладострастный стон.

Парень повалил её на мягкость подушек, ощутив, как внутри просыпается буйный зверь. Он победитель, она - его добыча, больше ничего знать не требовалось.

Их время было заполнено блаженством. Дьяволица держалась недолго - её покорность быстро сменилась инициативностью и бесстыдством. Будто это не Рун брал её, как мужчина, а она его. Парень минуту от минуты чувствовал, как с каждой каплей любовного сока и пота из него будто уходят последние силы.

На это было плевать - столь хорошо ему ещё не было ни с одной из женщин мира.

Правила. Старик-разбойник страдал от старческого же недуга - занудства и избытка знаний. Словно при жизни у него не было на это время, он одаривал своего ученика одним поучением за другим. Проигранцы всегда следуют правилам. Жулят - если что-то не запрещено правилами, оно разрешено. Но главное правило: бесовьи матери жаждут семени тех, кто сумел их одолеть.

Ибо они воистину хитры, удачливы и достаточно безрассудны. Откуда, думаешь, берутся новые проигранцы?

Глава шестая, часть вторая

Рун вообще не думал о подобных вещах. Взмокший, словно только что вылез из реки, измученный и уставший, он тяжело дышал, опрокинувшись на кровать. В голове бурлило помутнение - память словно стыдилась вспоминать то, что только что было.

Бесовка закинула одну ногу на другую.

- Ты не он.

- Кто? - Рун не сразу понял, о ком речь.

Проигранка будто бы и не слышала его вопроса.

- От тебя пахнет как от него, в тебе, наверно, где-то даже есть его изначальная частичка. Ты не такой, как он.

- И какой же я? - парень и сам не знал, чего хочет услышать. Прикусил язык, вдруг вспомнив, что в случае победы дьяволица согласилась ответить на три его вопроса. Она едва обернулась, одарила его ухмылкой.

- Глупый, безрассудный, горячий. Не умеющий задавать вопросы.