Семь башен

Смертоносные в опытной руке.

Вот только не тогда, когда рук у тебя всего две, нож в них – один, а против тебя – целая свора.

Команда Игоря вышла на арену. Их там уже ждали. Не было никаких буйволов, пустынных грак’хов или другой рогатой скотины с колючками под хвостами.

По периметру арены, вдоль заграждения из кольев, в нетерпении рыли песок когтистыми лапами крупные псы. Дюжина бурых, под цвет камней и песка, широкогрудых, мускулистых зверюг.

Собаки не лаяли, просто низко, глухо рычали. Из брыластых пастей на арену капала слюна.

Псов едва сдерживали, ухватившись за ошейники, воины майити, хмурые, рослые, одетые в песчаного цвета балахоны.

Резко прогудел рог, воины одновременно отпустили ошейники, развернулись и одним прыжком ловко перескочили ограждение, оказавшись в безопасности среди толпы зрителей.

Псы молча бросились в бой.

Игорь всегда любил собак. Даже дворняг, блохастых, лохматых, тощих. Даже бойцовых псов, которых вывели люди для собственного развлечения. Ему никогда не приходилось убивать собаку.

Эти собаки оказались совсем другими. Они знали, что делали. Пустынные майити были им не хозяевами – они были друзьями, напарниками в битвах. Такими же псами, только ходящими на двух ногах. Всё поровну – песок, жажда под палящим солнцем, тяжкий путь по пустыне, схватки с четвероногими и двуногими врагами…

В первые мгновения схватки старые привычки той, прежней жизни, удержали Игоря, и едва не стоили ему жизни.

Псы бросились на пленников со всех сторон.

Одним прыжком пёс наскочил на стражника и сбил его с ног. Второй пёс бросился, чтобы перервать бедолаге горло.

Игорь увидел всё это, кувыркнувшись в пыль арены. Он, словно в замедленной съёмке, смотрел, как, делая большие прыжки, к нему подбегает крупный бурый кобель. Взмывает в прыжке, разевает пасть, готовясь сбить человека широкой грудью наземь и тут же вцепиться в глотку.

Первые секунды ступора прошли. Игорь перекатился, пропустил пса над собой. Удар ножа, поворот… Что-то захрустело, в лицо брызнула горячая кровь. Он не прекратил движения, и почувствовал, как по бедру проехались клыки второго пса.

Это было последнее своё разумное действие, которое Игорь запомнил.

Как видно, проснулась внезапно память тела, память боевых навыков, вбитых прямиком в спинной мозг итиола. После этого всё превратилось в череду кадров.