Ветер гасит пламя

Без лишних проволочек гостей провели через следующую линию оборонительных стен. После чего дорога разделилась надвое: один путь спускался в долину, второй нырял в широкий зев ворот, уводивший внутрь горы.

Переступая порог Центральных ворот, Ислуин мысленно хмыкнул, что к обороне главного входа гномы подошли капитально. Судя по направляющим полозьям в полу, толщина створок здесь была вдвое больше, чем у стены долины, причём ворот было аж трое. Длинный и абсолютно прямой коридор длиной в сотню метров наверняка простреливался и вообще мог сложиться целиком.

Впрочем, уже на середине коридора фортификационные размышления вылетели из головы. После холодной улицы воздух казался горячим. Едва караван прошёл магическую завесу, как по телу растеклась блаженная истома тепла. Заставила и людей, и гномов спешно расстегнуть осеннюю одежду, утереть с лица пот. Под землёй что на родине магистра, что здесь в городах у гномов температура была одна и та же круглый год – всегда плюс двадцать пять.

Стоило закончиться привратной части, как дорога изогнулась и влилась в ярко освещённый огромный туннель.

Главный тракт. Здесь, несмотря на раннее утро, уже передвигались множество людей и гномов, все куда-то спешили. Волы тащили телеги по специально проложенным рельсам. Словно бесконечная змея, стальная цепь волокла за собой груженные какими-то ящиками и мешками вагонетки. На перекрёстках в разные стороны уходили дороги-туннели поменьше, из них тянуло свежим хлебом, металлом и гарью, каким-то химическим запахами и тысячами других ароматов – в зависимости от того, к жилому или рабочему ярусу вела та или иная дорога. Оба главных пика и прилегающий к нем хребет изнутри напоминали лесной пень, который трудолюбивые муравьи источили своими ходами. Разве что каменный «пень» был в тысячи раз больше.

Несмотря на суету, посольство двигалось быстро, ведь стоило вручить представителям Иностранной курии Совета горных мастеров первую посольскую грамоту, как на всей территории страны гномов дипломатическая миссия получала особый статус и привилегии.

Сейчас впереди шли два гнома в белых туниках и с ярко-алыми алебардами в руках, громким криком возвещая требование освободить дорогу. Тоннели казались бесконечными, покрытие дороги было идеальным, лошади шли совсем без тряски, а повозки катились, словно лодка плывёт в штиль. Монотонное, убаюкивающее движение. Поэтому постепенно меняющаяся тональность освещения не настораживала… пока очередной поворот не вывел к окончанию главного тракта.