Ветер гасит пламя

Впрочем, вскоре тишину нарушили голоса грузчиков:

– Тут хозяин сказал, у него ещё отходы.

Ислуин почувствовал, как коробка поднимается.

– Осторожнее, дурень! – раздался вскрик. – Оно три дня стоит, уронишь, и крышка хоть у одного ящика соскочит – сам всё языком выскоблишь!

Ислуин на это усмехнулся: да уж, теперь их повезут со всеми предосторожностями. Делать пока всё равно было нечего, поэтому магистр устроился поудобнее и задремал.

Разбудила его остановившая повозка. Тут же раздались голоса:

– А эти три куда?

– Не сгружай.

Дальше, не здесь. Пусть с ними смена Барди разбирается.

Повозка тронулась, но скоро опять остановилась. Кто-то сгрузил ящик и ушёл. Раздалось шипение, и вскоре с лёгким «чпок» крышка откинулась в сторону. Ислуин выбрался наружу и осмотрелся. Комната метров десять в длину, пустая, невысокая – чуть не упираешься макушкой. Никаких росписей, голая штукатурка и тусклый светильник на стене рядом с входом. Тут сдвинулись крышки двух других ящиков, выбрались Хадльберг и Эйдис.

Стоявший в дверном проёме гном, одетый в спецовку с вышитыми на груди и спине перекрещёнными молотами, тут же всех заторопил:

– Быстрее. Омнибус уже тронулся, самое большее через полтора часа никого из вас не должны отыскать в черте города.

Сунул всем по плащу с капюшоном, тут же развернулся и двинулся по коридору, так что одеваться пришлось на ходу.

Шли до нужного места не меньше двадцати минут, через туннели. Поначалу тянулась складская часть, тусклое освещение – лампы горели через одну.

Стены – штукатурка, причём разные тоннели окрашены в разные цвета: видимо, какая-то маркировка. Потом начались рабочие районы. Отличий – потолки подросли на метр, светильники горят все, в разные стороны снуют гномы в комбинезонах-спецовках, пахнет техническими запахами. И никому нет дела, кто и куда направляется. Первым в группе торопится гном в чине инженера, важная птица, а что лица его спутники скрывают под капюшонами, так любопытство за пределами своих прямых обязанностей на пользу карьере не пойдёт.

Инженер привёл своих подопечных в ярко освещённый, огромный вытянутый зал, параллелепипед не меньше сотни метров в длину. Под потолком – несколько движущихся цепей, вдоль длинной стороны платформа, несколько рельсовых путей. А на рельсах – тележки с грузом… Хотя тележками это уже назвать было нельзя. Длинные, метров по десять каждая, пять осей, высокие борта. Груз увязан в большие прямоугольные тюки и аккуратно стоит на платформах.