Ветер гасит пламя

До вступления в Орден он работал в столице, а дальше специализировался на законах и расследованиях по Империи.

– Так вот. Я тут вспомнил про очень интересную оговорку в Кодексе найма корддами. Владельцы школ с самого начала опасались превращения девочек в расходный материал. Они ведь заинтересованы, чтобы каждая выпускница прожила как можно дольше, отчисляя долю с контракта. Потому была внесена одна интересная оговорка. Во время найма заказчик обязан предоставить точную информацию о степени угрозы для корддами.

И неважно, для охраны он нанимает или для убийства. Если выяснится, что девушку бросили на убой, она вправе или разорвать контракт, или потребовать новой ставки оплаты.

Разговор пришлось ненадолго прекратить, так как на дороге попался затор. Две встречные повозки случайно сцепились, третья попыталась их объехать и тоже застряла, перегородив тракт почти на всю ширину. По оставшейся узкой свободной полоске пешеходы и всадники вынужденно протискивались по очереди и по одному.

Но когда затор был пройден, Энгюс догнал магистра и уточнил:

– Это интересно, конечно. Но в нашем случае?

– Про то, что я сопровождаю Эйдис, было известно. Про меня убийцам ничего толкового не сообщили. Я поставлю корддами перед выбором: или она, воспользовавшись лазейкой, перезаключит контракт со мной – или, как я поначалу хотел, станет трупом-фальшивкой.

Энгюс с сомнением посмотрел на собеседника:

– Не боитесь, что она соврёт, а потом ударит в спину?

– Нет.

В голову каждой девушки вкладывают блок на исполнение контракта. Ломать его долго, там не магия, он в первую очередь основан на воспитании и гипнозе. Потому-то и требуется добровольный отказ от старого договора. Но перезапустить блок на новый контракт я сумею, ничего сложного.

– Это хорошо, – инквизитор улыбнулся. – Жаль, если такая молодая и красивая девочка умрёт.

Магистр с изумлением воззрился на Энгюса:

– Э… Вы же, вроде, чёрный священник? Вам по чину не положено вообще замечать, мужчина перед вами или женщина.

Дети Единого одинаковы душой…

Энгюс ответил не сразу. С полторы сотни метров он прошёл молча, то рассматривая прохожих, всадников и телеги, то вглядываясь в спины идущих впереди брата с сестрой. С неожиданной тоской в голосе произнёс:

– Вы, Ислуин, очень хорошо знаете обычаи разных стран. Но вот в некоторых тонкостях имперской жизни, как бы это сказать? Довольно необразованны.