Ветер гасит пламя

Идеальное прикрытие для нашего шпиона. Никого не удивит, что актёры суются во все дыры и что-то вынюхивают: крысы же помоечные, – остальные переглянулись и осторожно один за другим кивнули. – И Дермид меня знает… не как императрицу. Я и Харелт как раз незадолго до мятежа под чужими именами были на одном из праздников хугларов «для своих».

Остальные кивнули: мол, поняли, вопросов нет. До того, как стать императором, Харелт занимался расследованиями среди высшего дворянства, неподсудного обычным следователям Тайной канцелярии.

Отец Лейтис тоже несколько раз помогал Сберегающим, тем более и он, и его дочь – маги крайне редкой школы. Наверняка с бродячими актёрами они знакомились тоже по какой-то государственной надобности.

– Дайви, – приказала Лейтис. – Сегодня осторожно, без лишних ушей, покажешь мастеру Дермиду знак службы Раттрея и намекнёшь, что просишь услугу. А для этого завтра уже на тракте нам надо встретиться.

***

Утром следующего дня хуглары собрались ещё затемно и уехали сразу, как открыли ворота постоялого двора.

Лейтис же позволила себе понежиться в постели. Никто не должен связать её отряд и бродячих артистов. Поэтому дворянин вовремя не встанет и из-за этого с отъездом они опоздают. Проснулась девушка от стука в дверь и голоса командира отряда:

– Господин, люди готовы.

Только тогда Лейтис откинула одеяло и соизволила встать. Подошла к окну, посмотрела на выпавший за ночь снежок, и как во дворе прислуга вовсю шаркала лопатами.

Потом взглянула на сложенную на стуле рядом с кроватью одежду и со вздохом отвращения принялась одеваться. Мужской костюм в последние несколько лет ей нравился всё меньше и меньше, но пока ничего не поделаешь.

Когда Лейтис спустилась в трапезную, время уже было позднее. Ночевавшие давно разъехались, новые постояльцы ещё не прибыли, солдаты ждали во дворе. Одиноко сидевший за стойкой хозяин бросил короткий, но такой красноречивый взгляд… Сразу было понятно, что в образ изнеженного богатого мальчика она уложилась: ничего кроме презрения к благородному дармоеду, перевалившему свои обязанности на капитана, в память трактирщика не засядет.

Чтобы укрепить это мнение, Лейтис, не дожидаясь служанки, едва уселась, грохнула по столу кулаком:

– Эй, хозяин. Уснул, что ли? Где мой завтрак?

Прибежавшая через минуту растрёпанная девушка, явно оторванная от чего-то или от кого-то, тоже наградила благородного лентяя негодующим взором.