Разбитые очаги #3

Скосив глаза, можно было заметить пляшущую в центре него крошечную фигурку.

— Да победил ты, победил, — признал я. — Долго еще до этого твоего Текущего Глазочка?

— Мокрого Глаза! — обижено поправил великан, после чего одарил меня укоризненным взглядом. — Насмехаешься, да? Я же говорил, что так делать нельзя.

— Ты говорил, что так нельзя с другими. А с тобой, получается, можно. Так сколько?

— Не знаю. Вода каждый год мерзнет по-разному, но завтра так и так должны дойти.

Я кивнул.

Шатра не ставили. Не было у нас с собой шатра, да и необходимости в нем тоже не было.

Когда с ужином было покончено и Тамсин отпустил заменявшего костер духа, предварительно скормив ему какую-то крохотную, пропитанную пахучими маслами щепку, Сая раскрыла над лагерем тонкий золотистый купол, не пропускающий ни ветра, ни мороза.

Вскоре ночь расколол могучий храп великана. Ему вторило мерное посапывание несилиска. Шипаська хоть и любил холод, ночевать предпочитал в тепле.

Мне же не спалось. Покинув купол, я вышел под открытое небо.

Ночь выдалась такой же ясной, каким был день, черное ничто над головой густо усыпали звезды. Среди ярких точек, окруженная голубоватой дымкой, величественно плыла по орбите Глесада.

Совсем недавно благодаря нейсу я узнал, что орбита эта имеет форму почти идеального круга, но все же немного вытянута по сторонам, и что от планеты до луны примерно четыреста двадцать тысяч километров.

Я думал, больше.

Как-то так получилось, что с момента сожжения Лоскутов, я впервые остался с небесной госпожой один-на-один.

Коротая вечера в уютном доме великана, я редко выходил на улицу, а если и выходил, то в сопровождении Иви, Тамсина или хотя бы Шипаськи и не особенно смотрел наверх. Днем я бывал на улице чаще, но днем луна не видна.

Тихо зашелестел снег, и рядом появилась одна из особей Иви.

— Не спится? — спросил сазвезе.

— Просто любуюсь.

— А смотришь так, словно чего-то ждешь.

Я посмотрел вниз, на распростершуюся на снегу черную ленту:

— Давно ты стал специалистом по человеческой мимике?

— Она у вас несложная.

А у меня, если ты не забыл, очень хорошая память.

— Раскусил, — хмыкнул я. — Жду. Только я и сам не знаю, чего. Не то, что со мной снова заговорит Допиан. Не то — тот надменный хрен с лунной верхушки. Не то, что с неба упадет луч и превратит меня в пепел.

Мы постояли еще немного, после чего сазвезе мягко сказал:

— Иди спать, Лард. Я посмотрю на луну за тебя.

— Тоже чего-то ждешь?

— Как и все мы.