Несуществующий

И понимание географии важно, так как в Куполе я, похоже, задержусь.

Второе. Если я правильно понял из легенд, то Чистые являлись местной версией националистов… точнее, даже нацистов. Истребление других рас на это тонко намекает. И если Предельщики ищут с ними связи, то это характеризует их не с лучшей стороны.

Было что-то ещё важное… но соображать было сложно. Меня била крупная дрожь. Мысли то и дело сбивались. Но я всё же решил уточнить:

– А как же Министр? Тот, что поставил Купол. Он что, тоже не знал, как выбраться?

– Он исчез одновременно с тем, как появился Купол, – магичка вздохнула.

– Есть даже легенда, что он сам растворился в этом Куполе и теперь наблюдает за своим творением и контролирует его.

Стена серой мороси рывком осталась за спиной. Я моргнул и обернулся, провожая взглядом удаляющийся дождь, а затем поднял взгляд по ходу. Не обращая внимания на боль, привстал на месте, желая лучше рассмотреть просторы.

– А куда мы, собственно, плывём? – запоздало осведомился я.

Глава 6.

Огни надежды. Часть 2. (Омега)

Из речи Насти я уже понял, что оказался не в глубоком средневековье. Терминология. Стиль одежды. Манеры. Всё привычно. Но подобного уровня я всё же не ожидал.

– Плывём по течению. Как можно дальше от тюрьмы. На квартиру, где нас будет ждать Аня. А сейчас мы на границе Города, – соратница помогла мне устроиться поудобнее. – Город – огромный организм. Десятки пьянящих запахов – дыхание. Сотни звуков, отдающихся в самом нутре – пульс. Тысячи ответвлений реки и улиц – хитросплетение вен.

Десятки тысяч огромных знаний – органы. Сотни тысяч огней, блистающих в ночи – отсвет разума. Миллионы жителей – кровь. Бесконечное движение – душа!

Однако встретил нас тёмный коридор длиною в пару сотен метров, образованный двумя теряющимися в небесах строениями по сторонам реки. И на каждой стене этого прохода был изображён уже виденный мной, но теперь просто огромный и переливающийся всеми цветами знак трилистника, заключённый в круг.

– Что это за символ? – враз упавшим голосом спросил я Настю.

– Это? – подруга замешкалась. – Герб города – знак единства трёх. Первоначально он обозначал единение трёх великих рас.

Мы проплыли чуть дальше. Дома возвышались никак не меньше, чем на несколько сотен этажей. Громады, сотворённые из глыб чёрного, почти необработанного камня. Исполинские монолиты скрепляла зелень проросших сквозь них деревьев и покрывала живая, излучающая тепло плоть. А посреди домов петляли улицы.