Я не желаю нагибать!

Такой же, как в лифте, только сейчас он как будто стал больше. Фиолетовая медуза раскинулась на всю мою комнату, частично пожрав кровать и перекрыв мне доступ к балкону.

Поверхность портала мерцала неземными цветами. В нос мне ударили незнакомые запахи чужих лесов, уши уловили странный гул ветра и вой лесных тварей, потом как будто ухнул филин... А мои глаза тем временем созерцали разноцветье и ветви деревьев в портале.

И снова поверх всех этих пейзажей стали проступать жуткие постройки неведомого мира, и черные человекоподобные фигуры тянули ко мне руки, беззвучно открывая зубастые рты.

— Ну уж нет. Нет! Пропади, сгинь, отстань!

Но портал не пропадал.

С бешено бьющимся сердцем я выбежал в коридор и захлопнул дверь в комнату. Что бы я не думал прежде, как бы не сожалел об упущенном мире, но шагать в фиолетовую бездну я не готов.

Вот дерьмо... А ведь я уже смирился с тем, что тогда в лифте этот портал исчез, я уже принял ту мысль, что больше он никогда не появится. Но портал появился, снова сунув меня в ситуацию, от которой я так упорно бежал.

На что только надеются те существа? Я не пойду в портал. Нет. И я не сумасшедший: просто переутомление, просто стресс...

Я смотрел на запертую дверь своей комнаты, в которой закрыл портал, как жены запирают на балконах своих мужей-алкоголиков, когда те бузят. Я отлично понимал, что это просто бегство от проблем — и в случае с женами алкоголиков, и в моём тоже.

Я также отлично понимал, что то, что случилось дважды — произойдёт и в третий раз.

Но что я могу поделать?

Я не хочу туда входить. Не хочу, и всё тут. Я не герой, никогда им не был. Я привык плыть по течению на манер бревна, а не грести против потока, как байдарочник на стероидах.

Мне вдруг стало тоскливо, так тоскливо, что впору вешаться. Я поглядел на захлопнутую дверь в комнату. Дверь у меня была модная — из полупрозрачного пластика, и сейчас на пластике играли фиолетовые блики портала.

Ну уж нет. Надо сбежать от другого мира. Сбежать от портала, да и всё тут.

Мой взгляд упал на собачью миску и поводок в коридоре. Почему я их так до сих пор и не выкинул? Да пёс знает....

Точнее говоря, пёс как раз уже ничего не знает, потому что он помёр от чумки еще месяц назад. Вот Тоби был единственным существом во вселенной, которое меня понимало.

Он ведь был еще даже не старым...