Я не желаю нагибать!

Вот почему я решил пойти по орочьему следу, а не к горам — я рассчитывал, что встречу другие разумные расы. Возможно, кто-то из них поможет мне в моём затруднительном положении. Ну или просто убьет меня — в моем случае это тоже выход.

Главное: не стоять на месте. Чтобы просто выжить, мне надо бешено бежать вверх по этому эскалатору судьбы, который везет меня прямо в могилу.

Уже совсем рассвело, день обещал быть жарким, так что я снял пальто и свитер, оставшись в одной футболке, набрал себе воды из реки в найденную орочью флягу, а потом потопал вслед за столь позорно сбежавшими от меня орками.

Я надеялся, что выйду к цивилизации, но догнать орков не рассчитывал. Ибо был уверен, что орки снова меня видеть будут совсем не рады.

Глава 5

На второй день пути я уяснил, что дойти куда-то в этом мире — нетривиальная задачка. Просто потому, что этот мир огромен, а вот с плотностью населения тут явные проблемы. И думаю, проблемы эти появились не без помощи людей.

Лес кончился под вечер первого дня, дальше начались бескрайние степи, местами перемежающиеся перелесками.

Ночи были прохладными, а днём нещадно жарило солнце. Все лучше, чем если бы сейчас была зима и я бы замерз насмерть, конечно. Но все равно неприятно.

Шёл я, судя по Солнцу, на восток, а не на юг, тем не менее, чем дальше я шёл — тем суше и жарче становилось.

Хвоя сменялась листьями, трава становилась больше и ярче, а вот деревьев попадалось все меньше. Орочий след я очень скоро потерял, так что дальше брёл просто наугад в пустоту и неизвестность.

К вечеру второго дня пути я смертельно устал и оголодал. О том, чтобы встретить живых и разумных тварей, я уже даже не мечтал. Мне бы с голоду не сдохнуть. В степи обитали огромные тушканы, я видел их издали пару раз, но о том, чтобы поймать одного, не могло быть и речи. У меня не было с собой ни огнестрела, ни лука, вообще ничего не было.

А бегать за этими тушканами было бесполезно, при моем приближении они растворялись в своих норах. Я попытался раскопать одну из нор, но только сорвал себе ноготь на руке, и ни до какого логова гигантских тушканчиков так и не докопался.

В небесах кружили какие-то крупные птицы, но до них тем более не добраться. Птицы, как и обитатели степи, тоже были огромными, сначала я даже принял их за драконов и, перепугавшись, минут двадцать пролежал в траве. Но птицы мною не заинтересовались, я не был для них добычей, как и они для меня. Так что вскоре я привык к ним и продолжал свой скорбный путь.