Время Волков. Клятвопреступник

— Прекратите! — выкрикнула Санса, так громко, как только могла, — Остановитесь!

И они прекратили.

— Леди Санса, — пораженно выдохнул поднявшийся Лансель, — разве вы не должны быть с принцем?

Его лицо было смертельно-бледным, из носа текла кровь. Санса не знала, что ему ответить, все вежливые слова, которые она помнила, вылетели из головы.

Он вздрогнул, когда в землю у его ног вонзился кинжал. Джон Сноу стоял в двух ярдах от них, совершенно спокойный, будто не дрался только что насмерть, даже волосы его не спутались.

Дрожь била Сансу еще час, лишь взглянув в чудесные зеленые глаза Джоффри она смогла успокоится.

Он держал ее за руку, когда им представляли соколов, и Санса чувствовала себя счастливой. Охотиться было интересно лишь Мирцелле.

Вечером к ней в комнаты пришел Джон Сноу.

— Спасибо, — сказал он ей, улыбнувшись.

— Не стоит благодарности, — ответила она, ощущая странное спокойствие, — Лансель повел себя грубо.

По лицу Джона Сноу промелькнула тень.

— Верно, — произнес он, подойдя ближе, — я купил это для тебя.

Джон положил на ее простыни брошь в виде головы волка, сделанную из стали, серебра и чугуна. Грива была черной, морда состояла из белых и серых узоров, глаз был сделан из янтаря. Вряд ли он просто нашел ее. Он заказал эту брошь, и давно.

— Ты милая и воспитанная девушка, сестра, — сказал он ей, — но еще ты Старк. Не забывай об этом.

Он уже уходил, когда Санса окликнула его.

— Джон, — она вдруг смутилась, щеки обжег румянец, — ты не мог бы.

— Конечно.

Это был последний день, когда они так разговаривали. На следующий день они с Арьей поссорились, и Джон, конечно же, встал на сторону ее сестры, а потом...

* * *

Когда Нед объявил, что они уезжают, Санса чуть не сошла с ума, Арья опечалилась, обрадовался только Джон. Нед не знал, что произошло с ним, пока сам он был ранен, но Джон сильно изменился.

Одна только драка с Ланселем Ланнистером чего стоит. Королева после пыталась доказать, что это Джон ее начал, но Нед просто сказал, что Санса видела, как в грудь Джона уперся чужой меч.

Роберт запретил ему носить оружие в Красном Замке, и это было единственной причиной, по которой Лансель осмелился обнажить сталь — будь у Джона меч, этот оруженосец бы бежал до самого Утеса Кастерли. Уже сейчас Джон был лучше кого угодно в том же возрасте.