Последний реанорец. Том VIII

Не прошло и десяти секунд как в радиусе нескольких метров множественные ледяные платформы стали формироваться со стремительной скоростью и также быстро на них оказалась тройка людей и один альв, которые весьма живо стали пересекать широкое ущелье.

Однако уже минуту спустя их заприметили сразу две стаи фитров. Последнее, что я успел увидеть, прежде чем оторвать от них взгляд, так это то, как в весьма слаженном магическом порыве свет Долгорукова и тьма Кертайса стали работать в едином тандеме.

‒ Будь рядом, Артём, ‒ шепнул я парню, прежде чем сделать шаг в пропасть под ногами.

Долю вдоха спустя тело по инерции и под свист дикого ветра в ушах, устремилось прямо в пропасть ущелья, в котором кишело множество тварей, и такой же решительный шажок вперед сделал и Пожарский, а тело парня медленно и верно стало воспламеняться еще в воздухе. Вначале руки, после ноги, затем же и всё остальное одним махом. Под конец копьё уникума раскалилось почти добела и вспыхнуло разрушительной силой ярко-красного огня.

‒ На всё воля Бездны, ‒ начал шептать я одними губами. ‒ Сегодня это ущелье будет залито кровью. Обещаю тебе! Аре кате ла тийз нор ам эс фэр… все эти жертвы для тебя, великая мать…

Покажись алая дрянь!

Постулат реанорского берсерка…

Плащ алой молнии Реанора…

Сила духа и магия слились воедино. Грохочущий и оглушительный рёв и стрекот алой молнии разнесся по всему ущелью, сотрясая и ослепляя всю местность тёмно-алым светом и заставляя толпы чудовищ отвлечься от всех своих дел и дрязг.

Пагуба дома Нор-Ата… Рассекающий вал…

А теперь…

Пагуба дома Нор-Ата… Разрубающий вал…

Предсмертные и наполненные страданиями вопли, протяжный вой сотен глоток разномастных чудовищ слились в единую безумную какофонию криков и рёва. Часть ущелья за долю мгновения окрасилась в черные цвета крови, потрохов, мяса и частей туш уничтоженных порождений Катаклизма.

Вот только звук возгласов остальных стал настолько пронзителен, что разнесся над всем подгорьем подобно нестерпимой сирене, тем самым привлекая внимание сотен стай других монстров лишь к нам двоим.

Ноги при приземлении с громким хрустом почти по колено ушли в раздробленный лёд, а вот воспламенившийся Пожарский весьма ловко оттолкнулся от обрыва ущелья у самого дна и мягко спикировал прямо передо мной с довольным видом.