Чейзер

Еще вопросы?

- Чего загадочный такой? - Ленка поставила сумку на пол, стянула курточку. - И кроссовки все в грязи. В прихожей свинарник. Я что, буду за тебя твои кроссовки мыть?

- Да помою, помою, отстань!

- Быстро, - в голосе Ленки появляются начальственные нотки. - Тебе сколько лет? Скоро свои дети появятся, а ты как маленький. Опять в телефоне сидишь.

- Ладно, все, хватит, - я понял, что спокойно пообщаться с Мурлыкой не получится. - Не бесись.

- Олеська тебе пирог передала. С мясом. Хочешь, разогрею.

- Да нет, я не хочу. Еще посижу децл, конспекты поучу и спать лягу. День был колготной.

- Как хочешь. - Ленка пожала плечами, надела на лицо маску обиженной холопом принцессы и прошла в гостиную. А мне вдруг стало легко на душе. Все хорошо, Ленка ведет себя как обычно. И больше ничего странного не происходит. Тревога отпускает, в самом деле, надо принять душ и на боковую.

Тут мой взгляд упал на тетрадь, что я забрал из квартиры Кузнецова. Почитать, что ли? Включу комп, Ленка сразу найдет мне занятие.

А так решит, что я занимаюсь и не будет выносить мне мозг.

- "Спокойной ночи, любимая. Не пропадай, жду сообщений и звонков!"

И еще куча смайликов. Как представлю, как улыбается Мурлыка, читая это, так аж сердце замирает от счастья.

Нет, не буду читать. Может быть, завтра. Лучше философию повторю, завтра семинар у Калягина, опять будет со своим Фейербахом доставать. А беллетристику оставим на потом. Еще будет время.

Глава 2 Младший из рода Стормов.

Глава вторая.

Полная и рослая женщина-охранник (из серии "коня на скаку и в горящую избу") посмотрела на меня с недоверием. Она сидела за столом, но у меня было чувство, что она смотрит на меня сверху вниз.

- А вы по какому делу к Юрию Александровичу? - спросила она.

- По личному, - ответил я, стараясь сохранить максимум уверенности в себе. - Так можно пройти, или нет?

- Здесь подождите, - ледяным тоном заявила секьюрити-леди и достала мобильник.

Я пожал плечами. В конце концов, правила есть правила.

Да и Герчиков не заставил себя ждать, появился буквально через минуту. Сухой, подтянутый, аккуратный, наглаженный, весь из себя безукоризненный - словом, типичный учитель еще той, советской школы.

- Вы ко мне? - осведомился он, разглядывая меня поверх очков.

- Да. Моя фамилия Мезенцев. Я хотел поговорить с вами об Андрее Антоновиче Кузнецове.

- Вот как? - Герчиков был удивлен. - Вы его родственник?

- Нет, я просто студент филфака.