Чейзер

Но я ошибся. В тот момент, когда я менял магазин на полный, задняя дверь расстрелянной машины распахнулась, и блондинка в эсэсовской форме вывалилась из салона на дорогу. Изо рта у нее толчками выплескивалась темная кровь, глаза остекленели, но в правой руке она продолжала сжимать пистолет, а в левой - небольшой чемоданчик из серебристого металла.

Я вскинул автомат, чтобы добить ее, но эсэсовка меня опередила - судорожным отчаянным движением сунула ствол пистолета в рот и нажала на курок. Все, финита ля комедия.

- Кажись, все! - услышал я голос Константина. - Чемодан возьми!

Я не сразу смог вырвать чемодан из пальцев мертвой женщины. Константин, видя, что меня вот-вот вывернет наизнанку, сам обыскал карманы убитых, собирая документы и прочую важную мелочь. А потом мы бежали в ночь, стремясь побыстрее уйти с места операции и унося наши трофеи, пока не оказались у какого-то неприметного дома на окраине, в дверь которого Константин долго стучал, пока, наконец, нам не открыли. Хозяин провел нас на второй этаж.

Я даже не удивился, когда увидел сидевшую за столом Марию.

- Оба живы! - обрадовалась она. - Как все прошло?

- Андре, давай-ка наш трофей на стол, - велел мне Константин.

Мы встали кругом - Мария, Константин, я и хозяин дома, который каким-то специальным инструментом ловко открыл замок. В чемоданчике оказался металлический футляр с винтовой крышкой. Свинтив ее, Константин осторожно извлек из футляра стеклянный флакон с бесцветной жидкостью.

- Духи? - удивленно спросила Мария.

- Похоже на флакон от духов.

- Нет, дорогая моя, это не духи, - Константин поднес флакон к лампе. - Ради этого сотни людей отдали свои жизни. - Тут он глянул на меня. - Закрой дверь, быстро!

Я понял, что сейчас узнаю что-то невероятно важное. Нечто такое, что в жизни разведчика можно узнать только один раз. Я подошел к двери, прикрыл ее, но насмешливый голос за моей спиной сказал:

- Эй, Мезенцев, ты чего? Проснись! Эй, не спи!

Я открыл глаза и не сразу сообразил спросонья, что вся группа смотрит на меня.

Мгновение спустя я услышал негромкий и будто обиженный голос доцента Михаила Львовича Виленского, нашего преподавателя по культуре речи:

- Нет, натурально бывает, что студенты засыпают на лекции. Но в первый раз слышу, чтобы так храпели!

***

Ну заснул и заснул - чего башку пеплом посыпать? Со всеми бывает. Тем более у Виленского на лекции. Его на факультете так и называют - Кот-Баюн.