Небесная Искра

Волк проглотил кусок оторванной плоти и ошеломленно отпрянул назад, встряхивая голову и теряя равновесие.

Тяжелыми усилиями удалось разжать челюсти второго, отшвырнув назад. Мысли уже путались, кровь из ран не останавливалась. Ивор из последних сил удерживал сознание.

«Есть возможность проглотить первоцвет, его энергия даже в первозданном виде поможет мне отбиться от зверей, возможно я даже смогу дойти до Полавы, а там отец меня подлечит. Всего-то один бросок, давай!»

Пока волки отправлялись от ударов по голове, Ивор подгадал момент и рванул назад в пещеру.

Он попытался на ходу вынуть нож из головы третьего волка, но тот засел слишком крепко, а времени не хватало.

Как только парень заступил в пещеру, волки ринулись за ним, хоть их скорость и была в разы меньше, чем в прошлый раз, они все же настигали Ивора, который буквально волочил за собой кровоточащую ногу.

Его снова осветило голубоватыми бликами.

Он потянулся к цветку, который находился уже в нескольких шагах от него, в этот момент сзади набросились хищники.

Волки летели на него с разинутой пастью, будто защищали свое дитя от ужасного нападения, и они были уверены, что уже одержали верх.

Касание обожгло его холодом.

Пальцы онемели, вслед за ними ладонь, предплечье, вся рука.

Ледяная волна кругом изошла от цветка отбрасывая волков в сторону и тут же замораживая их в вечные статуи.

Ивор упал на живот, едва находя силы держать взгляд на цветке, его палец все также касался хрустальных ледяных лепестков.

— Здравствуй, малыш, так значит, ты мой претендент?

Голос. Такой звонкий, но необычайно холодный. Он будто замораживал сам воздух, проникая глубоко в душу.

Сил ответить не хватало, но вместо этого в голове возник вопрос, на который тут же, словно девушка читала его мысли, был дан ответ.

— Вы зовете ее Мореной. Богиней зимы и смерти. Вот только я не совсем она, я лишь маленькая частичка ее души, наследие, оставленное сотни лет назад.

Ивор едва открывал рот, но она отвечала сразу же после возникновения мыслей в его голове.

— Нет, не умер, но скоро ты упадешь в мои объятия.

Наконец перед цветком показался образ ледяной красавицы. Сине–голубые волосы, будто покрытые инеем, ниспадали до самых плеч, завиваясь к кончикам, кожа — белая и столь же холодная, как снег, ярко–бирюзовые глаза, с игривым блеском и ледяные расписные одежды, спускающиеся до пола.