История нескольких судеб. Музыканты.

Все музыканты знали о необычных пристрастиях своего напарника, и все знали, что сейчас ему не очень хорошо. Это было заметно по трясущимся еще в повозке рукам, по широким зрачкам, по туманному взгляду, по частым сглатываниям. Все знали, но понимал, пожалуй, только один. Эрин всегда поддерживал Кела, когда тот срывался. Он знал, каково это, жить с тем, чему не можешь сопротивляться. К сожалению, самого Эрина понять было сложнее. Сложно понять того, кто ни о чем таком не говорит и о своей «маленькой проблемке» не распространяется.

- Так… Это я, пожалуй, не буду записывать. А хотя, мне же нужна полная картина…- Ну, в общем-то, к Музыкантам присоединился на четвёртый год их существования. Нерису, Эрину и Темару нужен был человек, который знал бы законы и мог вести дела на бумажном уровне.- А как вы вообще встретились?- Всё просто. Я продавал им стрелы и так по мелочи некоторые предметы для выживания. А ещё – траву. Для Темара.- Что?!- Что? Ты ещё не заметила, что дедок у нас с огоньком? Он не так давно бросил все это дело. - Ну… Вообще-то, заметила. Он мне рассказывал про Дарлэйна Вагнера. И что он готовит не только зелья.- Да, есть такое. Надо будет, кстати, наведаться в Ренор.- Это правда. Надо будет. – Сказал Мад. – Дарлэйн всегда ждёт.- Дальше, Рей, пожалуйста. – Сказала Садилия.- Дальше… Что дальше? Ну, как ты видишь – я не особо-то и воин. Кинжал вот есть. – Рей вытащил из ножен кинжал и повертел его в руках. – Но в ход он ещё не шёл. Да и не придётся, я надеюсь. Я не умею. Я больше по словам, цифрам, схемам и так далее. Есть сын…- Почему ты так грустно это сказал?- Потому что он винит меня в том, что наша семья распалась, а его мать теперь только пьёт.- Можешь подробнее рассказать? Не говори, если тебе тяжело.- Всё в порядке. У неё… Всегда было пристрастие к алкоголю. Но кое-что её удерживало. Она была художницей. Замечательной художницей. Однако, одну из её работ разгромил один критик. Её «бывший». Вернее, это он так считает. Ухаживал он за ней много, а она выбрала меня. Ну разгромил и разгромил – ладно. Одна разгромная статья не сделает ничего дурного. Но потом ещё. И ещё. И ещё. Потом и другие критики подхватили эту тенденцию. Как сейчас помню: «Картины Амуны Мэлон представляют из себя пахабнейшее, с точки зрения живописи творение. Чудовищно-небрежные штрихи и ужасающе-вырвиглазная палитра цветов не вызывают ничего, кроме желания поскорее перестать разглядывать месиво, что набрызгала на холст эта, извините меня за такое громкое слово, художница!».