Янтарный полдень

Тут требовался опытный хирург, да и то, не факт, что он смог бы помочь.

Рядом с Ноланом горела нещадно чадящая сальная свеча, единственный источник света в этой комнате. Когда Моран присел рядом, юноша вздрогнул и повернул к нему голову. Его бледное лицо растянулось в улыбке.

- Господин мальфар, - тихо произнес Нолан, - ну что, я был прав? Вы их всех одолели?

- Одолел, паренек, не сомневайся. Иначе и быть не могло, - подтвердил Моран, чувствуя, как на душе скребутся кошки.

- Вам было страшно?

- Нам всем было страшно, Нолан.

Все так же, как и в Ночь Терний.

- Ночь Терний? Вы обещали больше рассказать о ней.

Моран посмотрел на Роневальдов, на Рида, на всех остальных собравшихся в комнате людей. Мальфар читал в их глазах понимание. Тогда он взял Нолана за руку, прочистил горло и нарочито бодрым голосом повел свой небольшой рассказ, надеясь, что тот будет достаточно интересным. Он поведал о красной луне, которая восходит раз в двенадцать лет. О наступающей ночи, которая длится до пятнадцати суток.

О безумии, царящем повсюду. О целых группах одновременно открывающихся прорывов. Он говорил о труде мальфаров, которые латали эти дыры мироздания, выдерживая натиск накатывающих оттуда существ. О победах и поражениях, об отваге и отчаянии, о дружбе и братстве. Упомянул так же и о непостижимо быстром росте терновых растений в эту долгую ночь, в честь которых она и получила название.

Когда Моран закончил свой рассказ, глаза Нолана уже остекленели. Он был мертв. Замолчав, мальфар наблюдал, как тоненькая полоса с шеи паренька перекочевала на шею отца.

Даже минуя смерть, заключенный договор оставался в силе. Ганн опустился на колено рядом с лордом Винсом.

- Мне очень жаль, - произнес он. – Это моя вина, что мы не смогли его защитить.

- Нет, - хозяин дома покачал головой. – К такому нападению никто не был готов, - тихо произнес он. – Никто. И не ваша в том вина, Ганн.

Охотник хмуро кивнул и покинул комнату. Моран, наконец, отпустил ладонь юноши, с трудом встал и, опираясь о стену, вышел вслед за магоборцем.

Ганн, хмурый как грозовое облако, стоял у ближайшего окна и смотрел на измятый и истерзанный сад. Подойдя поближе, мальфар спросил:

- Доводилось видеть подобных тварей раньше?

- Доводилось, но только что-то очень отдаленно похожее, - ответил здоровяк.

- Я скажу более того, - дрожащим голосом произнесла вышедшая из комнаты Тирза. Она рассеянно терла руки куском какого-то тряпья, пытаясь избавиться хотя бы от части крови.