Тысячеликий. Часть первая: Песнь нефилимы

Пришлось потратить еще час, помогая аборигенам нацепить поверх непривычной для них одежды еще более непривычные ремни с ножнами, одеть перчатки, шлемы, поножи и наручи.

Окинув критическим взглядом свое новое воинство, которое постоянно что-то норовило поправить, шумело, бряцало и, осмелев, громко переговаривалось, Сероглазый, в сердцах сплюнув на землю, принялся выстраивать ничего не понимающих аборигенов в три шеренги. Худо бедно построив горе-воинов, Сероглазый раздал копья и щиты двум крайним шеренгам, оставив центральную лишь с мечами.

Бросив взгляд на луки, которые все аборигены уверенно нацепили себе тетивой через грудь и понасовали по несколько стрел куда ни попадя, Сероглазый обреченно покачал головой. Отобрав луки и стрелы, он убрал их в мешок, следом закинув туда остальной ненужный хлам и оставив лишь кусок грубой веревки.

Солнце уже поднялось на два пальца от горизонта, явно намекая, что пора начать путь. Но Сероглазый дал себе еще полчаса, показав аборигенам несколько простых колющих и рубящих ударов мечами, и заставив всех повторить ровно по сто раз.

Затем перешел к копейщикам и показал один простой выпад вместе с защитой щитом.

— Ничего, несколько смертей по дороге ускорят ваше обучение и научат молчать, — подытожил Сероглазый, недовольно окинув взглядом, ёрзающих недо-вояк и их корявые, неумелые движения.

Привязав веревку к шее Марлана, Сероглазый намотал конец на луку седла, и, мягко тронув схиаба пятками, натянул поводья, поворачивая Камала в обход выгоревшего леса.

Глава 9

Повелитель прикрыл глаза, перенося сознание в своего раба. Чтобы взять чужое тело под контроль, потребовались считанные мгновения: тело было слабым. Голова и ребра отзывались болью на каждый шаг. Повелитель недовольно поморщился и тут же заблокировал все болевые сигналы, после чего украдкой осмотрелся. Его вели на привязи, словно чересчур буйную собаку. Руки и ноги были скованы кандалами. Впереди, менее чем в десяти шагах, мерно покачивался круп черного схиаба.

Повелитель оглянулся. Позади него нестройными шеренгами шагало три десятка эгеййцев. Они тихонько между собой переговаривались и то и дело испуганно зыркали по сторонам. Повелитель немного замедлил шаг и прислушался, но не смог разобрать ни одного знакомого слова. Веревка на его шее натянулась и резко дернула вперед. Пришлось сделать несколько широких шагов, чтобы не упасть.