Закон дороги

Лиард рассказывал, что до последнего времени купцы и путешественники считали, что нет более безопасных путей, чем эти. Особое древнее волшебство хранило их, или же всеобщая убежденность, что с Тоннелями ничего не может случиться, а может, негласный запрет на пролитие крови под каменными сводами, кто знает? И вот теперь Тьма нашла какой-то обходной путь и закрыла надежную дорогу между мирами. Так считали маги Города, а маленькому отряду с Лоцманом во главе предстояло выяснить правду.

По началу никто не чувствовал ничего опасного.

Даже Одри с ее великолепным чутьем, не ощущала вообще никакого волшебства. Они шли, негромко переговариваясь, часа три, и вокруг пока ничего не менялось. Переход по Тоннелю до мира лесов - Арашамфа, как называли его горожане, по ощущениям раньше занимал часов семь-восемь, но Даррен сразу сказал, что время здесь течет совсем иначе, чем в Городе. Первый тревожный сигнал маги получили у развилки, где основная дорога делилась на три малых, ведущих к разным Вратам лесного мира. Все три двери, как и полагается, были снабжены специальными опознавательными знаками. А перед ними в беспорядке валялись разбросанные рулоны тканей, разбитая глиняная посуда, рассыпавшиеся кульки и коробочки. И то, что осталось от караванщиков. Кто здесь похозяйничал? Зла по-прежнему никто не чувствовал, впечатление было такое, что несчастные торговцы попали в переделку давным-давно, и с тех пор все было тихо – даже ауры страдания не осталось. Или ее старательно вылизали?

Даррен ощутил слабый всплеск какой-то очень странной магии за средней дверью.

Отряд двинулся туда – а что еще оставалось? Через полсотни шагов Тайри заметила, что орнамент на стенах стал постепенно искажаться: сбился ритм, изменились многие элементы. Очень быстро даже Габриэль понял, что на стены лучше не смотреть, иначе перед глазами остается только этот орнамент, он полностью захватывает внимание: сначала ты теряешь из виду спутников, а потом начинает мерещиться нечто совершенно несусветное. А что дальше происходит, никто узнать, слава Творцу, не успел, даже неожиданно поддавшаяся чуждому воздействию Одри. Хранительница мягко коснулась её затылка прохладными пальцами, и наваждение исчезло.

- Прошу тебя, осторожнее, - сказала она, - это древнее искусство и не магия вовсе, не злое и не доброе, поэтому и опасно.

- Умели раньше затуманить мозги без всякого волшебства, – произнес Даррен, - у нас было нечто похожее.