Закон дороги

М-да, - добавил он, глядя на бесконечный лес внизу, - топать нам дня три, никак не меньше…

Но Лоцман ошибся. Рето извлек откуда-то из складок плаща маленький рог, изукрашенный искусной резьбой, и протрубил трижды. Удивительно чистый хрустальный звук разнесся над скалами. Через какое-то время высоко в небе показалась стая очень крупных белых птиц, явно направляющихся к утесу, на котором обосновался маленький отряд.

- Я с ними дружил с самого детства, думаю, они не откажут мне в такой пустячной просьбе, - улыбаясь, сказал лесной житель, - Я попрошу их отнести нас в лагерь.

Это гораздо быстрее, чем пеший переход, даже Прямой Тропой.

Он произнес «Прямой Тропой» так значительно, что всем стало понятно – по этой тропинке далеко не всякий может пойти прогуляться. И почему-то совсем не удивило, что крылатые друзья Рето оказались вовсе не птицами, а крупными кошками - размером со среднего тигра. Густой белый мех искрился в лучах заходящего солнца. Огромные крылья, ничуть не мешая, были сложены на спине.

На людей уставились пять пар внимательных, не по-звериному умных глаз. Вожак этой невиданной стаи, обладатель пышной гривы, рыкнул негромко и положил массивную голову на плечо Рето. Лесовик улыбнулся ему, как старому другу, и прикрыл глаза.

- Они разговаривают, - шепотом сказал де Рейвену Лоцман, - мысленно. Я даже слышу других крылатых кошек.

- А ты попробуй поговорить с ними сам, - предложил Габриэль.

- Нельзя. Мы чужие для них. Может, это запрещено…

- Не запрещено, если ты не желаешь нам зла, и мы сами того захотим, - услышал Габриэль мягкий шепот у себя в голове.

На него в упор смотрела красавица-кошка, лоб которой украшало светло-рыжее пятно в виде треугольника, перевернутого вершиной вниз.

Воин от неожиданности совершенно растерялся и стоял, не в силах не то что сказать хоть слово - даже подумать. Ведь он не маг, а происходило с ним сейчас нечто поистине невероятное и волшебное.

— Это не магия, друг, - сказала его собеседница, — это твои способности, что спали до времени… Все могут разговаривать мыслями, но не все хотят и не везде можно.

- А здесь можно?

- Можно, - эта кошка что, посмеивается над ним? Такое вообще бывает? - Я буду звать тебя Гром, ты думаешь очень громко, - заявила она, и Габриэль понял, что другого имени крылатая просто не признает, - а я - Тила.

Она подошла, грациозно потянулась и улеглась рядом. Лейтенанту почему-то стало тепло и удивительно спокойно.