Закон дороги

Заливались соловьями лютни, скрипки и флейты, кружились в танце пары, а время от времени все объединялись в общий круг, как случалось во множестве миров по большим праздникам.

Гости-союзники держались тесной группой вместе со своими крылатыми кошками. Но лесовики им скучать не давали. Вот утянули в быстрый хоровод смеющуюся Одри, вот одна из подруг верховной жрицы Зеленого храма закружила Габриэля, и даже Даррен поддался веселью и что-то лихо отплясывал в общем кругу с кузнецом и здешними магами. Только Тайри пряталась в глубокой тени, привалившись к теплому боку своего летуна.

Она очень любила такие праздники… когда-то. В прошлой жизни, оставшейся гораздо дальше, чем по ту сторону Звездной тропы. Память услужливо подкидывала воспоминания о Длинной ночи, которую Тайри первый и единственный раз праздновала с любимым и с теми, кто был ей дорог…

Крылатый кот, видимо, без труда уловив ее мысли, недовольно заворчал.

- Ты снова сердишься, Мур? Я тебе мешаю? Или снова что-то сделала не так?

Кошки, они и в Арашамфе кошки, хоть и крылатые.

Такие же бесцеремонные и независимые, как их собратья в любом из миров. Летун Тайри считал, что она нуждается в постоянной опеке и понятия не имеет, что для нее важно, а что нет.

- И вовсе я не сержусь, Ри, - ответил мысленно большой белый кот, - но сейчас ты поступаешь неправильно. И даже опасно для себя самой. Признайся, ведь так и есть.

- Тебе виднее, мой крылатый друг, - улыбнулась целительница. Вот уж совершенно неподходящее было время, чтобы спорить с котом.

- Так вот и слушайся умных советов.

- Угу. И что, по-твоему, мне необходимо сделать сейчас?

- Пойти к большому огню и потанцевать вместе со всеми. Я знаю, ты умеешь.

- Может быть, чуть позже, Мур. Я слишком устала. Можно, я посижу здесь, с тобой?

- Я тебя, конечно, не прогоню, но ты делаешь ошибку. Зря отгораживаешься от общей радости, словно это и не твоя победа тоже.

- Я радуюсь, Мур, только тихонечко…

- Сейчас нельзя тихонечко. Сейчас только враги тихонечко сидят и прячут головы под хвост.

А ты должна танцевать.

- Почему?

Летун ничего не ответил, только улегся калачиком вокруг нее, и замурлыкал, точно домашний кот. Конечно, если это басовитое урчание можно так назвать.

- Спасибо, дружище, ничего лучше и быть не может, - мысленно поблагодарила его Тайри.

- Что с тобой творится, Хранительница? – рядом возникла из сполохов и теней верховная жрица, - мне тревожно за тебя.

Ну вот, раздраженно подумала Тайри, и эта туда же.