Оригинал. Рассказ

Немцы под Сталинградом прозвали её Тодесгайст, Призрак Смерти, за способность достигать невозможных огневых позиций и устраивать засады, пробираться сквозь руины, волоча за собой винтовку, взбираться по трубам и фабричным трубопроводам, продвигаться по канализационным стокам, слишком узким, чтобы обычный человек мог пролезть там. Иногда она просто брала с собой нож и «снимала» часовых одного за другим…

Профессор Фабрициус выразительно посмотрел на майора и дернул головой.

«Вы можете оставить нас.

Возьмите этих двоих с собой».

«Товарищ академик, вы…»

«Если она захочет убить нас, я сомневаюсь, что вы или эти двое смогут ей помешать», – устало сказал Фабрициус. Он посмотрел прямо на Татьяну, снял очки, чтобы она могла ясно видеть его глаза. «Но я думаю, что вам было бы лучше пойти с нами, не так ли, товарищ капитан?»

«Ну, не знаю», – с показной задумчивостью сказала Татьяна. «Если это не работа для снайпера, тогда что? У вас есть что-нибудь выпить?»

Фабрициус подождал, пока майор и охранники уйдут.

Офицер со странным званием учёного опустился на колени и открыл чемодан. Он достал бутылку водки, которая лежала на куче форменной одежды внутри, и бросил её Татьяне. Та легко поймала её и улыбнулась, – на этот раз по-настоящему. Она взглянула на этикетку.

«Хорошая штука. А я-то подумала, что товарищ Сталин наконец-то решил меня расстрелять».

«Как я уже сказал, произошла ошибка…»

«Избавьте меня от этого», – процедила сквозь зубы Татьяна.

Она аккуратно положила самокрутку на скамейку рядом с собой, зубами вытащила пробку из бутылки и сделала большой глоток, перекатывая водку во рту, её глаза были полузакрыты от удовольствия. От Фабрициуса и Шульгина не скрылся блеск этих полуприкрытых веками глаз, всё еще наблюдающих за ними, внимательных к каждому их движению.

Татьяна поставила початую бутылку на стол, носком ботинка открыла печную дверцу, подожгла щепку из коробки сбоку и прикурила.

«Что за работа?»

«Это… вопрос доступа», – сказал Фабрициус. «Скажите мне, вы пробыли здесь некоторое время. Вы не кажетесь истощённой или ослабленной… э-э, вы всё ещё в состоянии выполнять свои… „изгибы“?»

Татьяна взяла бутылку и сделала ещё один глоток водки, игнорируя его вопрос.

«Так как, вы не утратили свои способности?» – снова спросил Фабрициус.

«Возможно», – произнесла Татьяна.