Шестое правило дворянина

Не знаю, чем бы это все закончилось, но пожаловавшие практически одновременно девчонки, прервали наш мужской разговор.

Как оказалось, девушки были знакомы между собой. Владыкин тоже несколько раз виделся с Соловьевой на различных приемах, так что оставалось лишь мне познакомиться с Лизуновой.

Татьяна и в самом деле оказалась весьма симпатичной девушкой. Высокая стройная брюнетка, которая не лезла за словом в карман — она явно была во вкусе Михаила. Они даже были чем-то неуловимо похожи друг на друга.

В общем, что бы он мне не говорил, а для меня дело было вполне ясным и теперь оставался лишь один вопрос — как скоро их семьи породнятся?

Ну а повеселились мы на славу. Марина угадала с компанией, так что организовано все было на самом высшем уровне. Отличная кухня, хорошее обслуживание, персонал угадывает наши желания по одному лишь взгляду — молодцы, что сказать.

Эпическим финалом вечера стал фейерверк, на который я выкинул изрядную сумму. Но оно того стоило.

Грохот стоял такой, что мы еще минуть пять не слышали друг друга после того как он закончился. Да и небо светилось как днем. Думаю, даже некромантам в далекой галактике было видно зарево от ярких огней.

Я смотрел на Соловьеву и Лизунову, которые радовались салютам как маленькие девчонки, пил вино и улыбался. Какой все-таки прекрасный выдался вечер.

Почаще бы такие дни, вот только не получалось. И что-то подсказывало мне, что в следующий раз повторить нечто подобное получится не скоро.

* * *

Великое Московское княжество.

Москва.

Имение Бирюковых.

Вот уже который день герцогиня Амелия Захаровна Бирюкова сходила с ума от злости и отчаяния. Арест ее единственного ненаглядного сыночка, любимого Порфиши, потряс ее настолько, что она пришла в себя лишь на следующий день после этой новости.

Поначалу она просто не могла поверить в произошедшее и думала, что все это одно сплошное недоразумение. Но оказалось нет.

Все было всерьез. Причем настолько, что она чувствовала себя рыбой, которую внезапно выбросило на берег.

Что она только не делала. Обивала пороги высоких фамилий, обрывала телефоны, несколько раз наведывалась в имперскую канцелярию, но все было без толку. С ней никто не хотел разговаривать, ее никто не хотел видеть и даже более того — здороваться с ней тоже стало дурным тоном.

Она не могла поверить, что все может измениться так быстро.