Бегство колдуна

«Почему?» — кричал он, пока его тащили по улице. «Что я вам сделал, изверги?!»

Потом он увидел заплаканную девушку за одним из стражников. Его лицо тут же сделалось радостным, он понял, что вот оно, его спасение.

«Девочка! Душенька! Скажи этим негодяем, что я ничегошеньки дурного не делал! Это какая то ошибка!»

Девушка лишь отвернулась, закрывая вновь полившиеся слезы ладошками.

Герыч так и не понял, почему его посадили в камеру. И на первый месяц не понял, и на второй, и на четвертый…

А зимой ему удалось сбежать.

В кармане ему повезло сохранить напильничек, которым и пилил потихоньку решетку на окошке.

Три дня он скитался по городу, скрываясь от стражи, пока не нашел тихое местечко.

Трюм стоящего в порту корабля был идеальным укрытием. И закрытая от ветра и снега пространство и даже еда!

Еды было здесь много: на целую дюжину ртов, не меньше.

И он поначалу объедался этим сокровищем, потом решил чуть сбавить обороты.

Так он и жил припеваючи, но однажды сверху донеслись быстрые шаги и голоса людей, и он почувствовал, как корабль трогается с места.

Герыч затаился в углу трюма, в самом темном месте, за бочкой. Так и просидел большую часть ночи, слушая как усиливается метель, крики и ругань людей сверху, раскаты грома...

Вниз спустилась женщина в платке. Среднего роста, но какая стать! В ее выпрямленных плечах он почувствовал столько силы воли, сколько не чувствовал в тех стражах, избивавших его в камере.

Вот бы и ее согреть.

Она явно торопилась.

Старик Герыч внимательно оглядел оставленный ею мешок и его содержимое, и ему вдруг расхотелось ее согревать. Вместо этого захотелось вставить в нее что-нибудь острое и, желательно, в область сердца.

Ведьма! Проклятая ведьма!

А потом люк вновь открылся, Герыч вновь спрятался за бочкой. Вниз, кряхтя, спустилась маленькая фигурка, придерживающая мальчика.

Маленькая девочка!

***

Трюм был холодный, сырой, пропахший рыбой и ещё чем-то гнилым и несвежим.

Она спустилась по лестнице, с трудом разбирая ступеньки в кромешной тьме. В потолке были небольшие щели, но из-за вновь усилившейся метели, свет практически не проникал внутрь. Роза ориентировалась только по осязанию.

Клинка она положила на лежанку у стены. Мальчик дрожал у нее на руках, пока она тащила его, перекинув его руку через плечо.