Тень безумия

Мираны, узнав про щедрую награду, мигом воодушевились. Они раньше думали только о том, как бы еды хватило, а теперь могли получить крупное имущество. Местный город всем пришелся по вкусу. Некоторым было даже жаль разрушенной стены, но северяне убедили, что потом все восстановят. Им тоже понравилась идея турнира среди лучников. Все следующее утро было потрачено на подготовку: мастерили из досок мишени, вытаскивали из таверн на улицу стулья и лавки для зрителей, прикатили даже пару бочонков вина.

По запрету Лиджета, они оставалось закрытым до определенного момента.

— Только по окончанию турнира! — строго произнес он.

— Вот злюка, — пробурчал под нос Форти.

Он был главным фаворитом, но соревноваться приходилось почти с двумя сотнями человек. Тут мог запросто сработать и эффект удачи. Второй совсем не волновался. Он считал, что сами Небеса благословили его на победу. И это только вопрос времени, когда он начнет тщательно выбирать себе коня. Ошибаться в этом важном деле он не хотел, поэтому решил подключить свои связи.

Поймав в дружеский захват одного мимо проходящего инженера, он начал шептать ему на ухо.

— Ты разбираешься в лошадях? Сможешь определить самого послушного?

— Возможно... — осторожно ответил северянин.

— Ха! Тогда я рассчитываю на тебя! За мною должок! — радостно хлопнул по спине инженера Форти. — Теперь дело за малым.

Роль судьи исполнил Лиджет, а Рабах выполнял роль секретаря: записывал имена участников и их результаты.

Его откровенно веселило это мероприятие.

— Вы не так уж сильно отличаетесь от имперцев, если посмотреть с другой стороны. Я бывал в Эларе во время рыцарских турниров. Атмосфера там была схожей.

Вожак миран нахмурился.

— К чему ты ведешь?

— Да так, просто мои наблюдения, — снисходительно улыбнулся купец.

Мишени сделали не совсем обычными. Второй внес свои изменения в скучный кружок с точкой, обведя его силуэтом карикатурного императора с короной. На каждой новой мишени он выходил еще более неряшливым и кривым.

Форти был очень горд своим изобразительным талантом, когда услышал одобрительные свисты и выкрики, во время творческого созидания. Он решил выступить самым последним, чтобы не отнимать у других надежду на первое место. Рабах предложил сделать двадцать призовых мест, учитывая такое большое количество участников. Первым трем полагался дом и лошадь на выбор, а остальным семнадцати — только конь.