Культивация рунного мастера

Глаза повитухи широко раскрылись. Она хотела, но не успела задать появившийся в голове вопрос. Темное как ночь лезвие бесшумно упало с небес, разрубив старуху на две ровные половинки.

Фигура в черном балахоне выхватила баночку из рук падающего тела и развернувшись, ушла в темноту.

— Наивная карга, ты всю жизнь потратила на самосовершенствование, но так и не сдвинулась с мертвой точки. Так с чего ты взяла, что драгоценный эликсир потратят на такое бесталантное отродье как ты?

Глава 3.1.

(Незадолго до изгнания Гилберта и убийства старой повитухи.

)

Как только Кристофф увел Гилберта из особняка и дверь за ними закрылась, старая повитуха отправила молодую помощницу в дом слуг, со словами «Ты всю ночь не спала, иди отдохни. Я сама позабочусь о роженице.»

Затем она вытащила из подола рясы черный костяной нож и шаркающей походкой подошла к лежащей на родильном столе Элине.

— Не обижайся девочка, таков был заказ, — морщинистое лицо старухи напялило зловещую улыбку.

Элина непонимающе посмотрела на нее.

Она хотела что-то спросить, но не успела. Старческая рука с силой зажала ей рот, а вторая рука помахала клинком перед ее взглядом.

Лицо Элины выражало немой ужас. Остальную часть тела парализовало. Она затрясла головой, пытаясь снять с себя руку и закричать, но все было тщетно. Рука повитухи оказалась твердой.

Старуха ударила по животу девушки ножом. А затем еще раз. И еще раз. И еще... Ударов было много. Повитуха остановилась, только когда на животе Элины не осталось свободных от ран мест.

Голова красавицы безвольно откинулась назад. Ее широко распахнутые глаза навечно застыли, глядя на звезды.

— Вот и перерезали пуповину, — произнесла старуха, тяжело дыша. Она смахнула со лба проступивший пот, вытерла нож о платье роженицы, после чего повернулась к ребенку. — Значит, тебя зовут Джино? Хе-хе... живи, Джино. За повторное убийство младенца мне не платили.

Она затушила свет и вышла из зала.

Тусклые лучи лунного света проникали через окно и освещали младенца.

Новорожденный с милым зеленым бантиком на руке безмятежно спал рядом с остывающим трупом матери.

С родильного стола непрерывными каплями стекала кровь, собираясь в красную лужу под ним.

АРКА I. Луноцвет

Глава 4.

Небо не радует Его лазурным беззаботным очарованием, солнце не посылает Ему теплые, живительные лучи. Лишь огромная луна и редкие звезды озаряют Его ледяными лучами, создавая светлую белую ночь — блеклое подобие дня.