Железный Феникс

Так я и поверил. Просто хочешь урвать ещё хоть что-нибудь, хищница простодушная.

Но сказать ей ничего этого и даже выбраться из объятий я не успеваю. Потому что совсем рядом раздаётся угрожающий учительский бас:

— Смотрю, ты всё никак не уймёшься, олух! Забыл, о чём я тебя предупреждал? Так я напомню!

Глава 7. Воспитательная подстава

Девушка вздрагивает и в испуге отстраняется. Точнее, пытается это сделать. Не тут-то было! Я вцепляюсь в скромницу-притвору мёртвой хваткой. А нечего было на меня бросаться без спросу! Теперь отдуваться вместе со мной будешь.

— А что не так, сенсей? — спрашиваю учтиво, без труда удерживая всё ещё пытающуюся вырваться девушку. — Ты про каких-то баб говорил, я помню. Но у нас тут вообще-то любовь, чистая и возвышенная, как слеза ангела.

На уродливой тролльей физиономии отражается что-то похожее на удивление.

— Ты, пустомеля, ври-ври, да не заговаривайся, — наконец сердито произносит он. — Любовь у него, как же. Ты хоть знаешь, что это такое?

— Конечно, — тут же беспечно отзываюсь я, прижимая девчонку покрепче.

Капец неожиданно улыбается во все клыки:

— Мал ты ещё для таких откровений. Рассудком тронешься ещё, мне папаша твой спасибо не скажет.

— Ха! — только и могу ответить я. Ну и самомнение у местных! Будет мне ещё страшенный тролль про тычинки и пестики объяснять! Хотя… Может, у них физиология от нашей сильно отличается? Интересно, кстати, как выглядят тролльи женщины? Такие же жуткие, или… Исключительно в исследовательских целях спрашиваю!

Девица наконец выворачивается из моих объятий и, торопливо поклонившись, сбегает прочь.

Капец, нахмурившись, следит за её перемещениями до тех пор, пока она скрывается среди деревьев. Потом взгляд его суровых глазок направляется ко мне.

— Ну и что ты скажешь в своё оправдание?

Неосознанно копирую его позу, а то и выражение лица:

— А надо? Ты ведь уже всё про меня решил.

— И что, — он прищуривается, — даже не попытаешься исправить моё мнение?

Задумчиво чешу затылок.

— Да мне в общем-то индифферентно, что ты там обо мне думаешь, — честно отвечаю я. — Давай лучше ты мне расскажешь, что я тебе такого сделал. Не люблю, когда не знаю, почему меня ненавидят.

— Ненависть… — Капец будто смакует это слово. — Для тебя слишком сильное чувство, мелюзга. Но было бы лучше, если бы ты просто исчез.