Железный Феникс

Кайзер непременно вмешается ради того, чтобы Иерархи Воскресенских и Темновых окончательно не спелись за его спиной. Три. Только этого достаточно для неизбежного передела сфер влияния. Многим семьям в клане это не выгодно.

— Масштабно вы тут мыслите, — присвистываю я. — А кайзер — это у нас что-то вроде императора?

— Это правитель Великой Росии, — как ни в чём не бывало отвечает Капец. — У него с вашим Иерархом… традиционно сложные отношения.

— Это в каком смысле? — настораживаюсь я. Сложные отношения с правителем не есть хорошо, правильно ведь?

— Да так, дело давнее, — будто бы смущается Капец.

— Кайзер ведь у нас как избирается?

— Как?

— Все кланы в нужное время выставляют своих кандидатов. Но общим голосованием выбирают всегда кого-то из Константиновых. Управленцы они, что с них взять, — Капец тяжело вздыхает. — А лет пятьсот назад Иерарх Воскресенских взял — и на спор сам стал правителем.

— На спор? — у меня подобное разгильдяйство даже в голове не укладывается. — Серьёзно?

— Ага, — тролль издаёт смешок, будто неприличный анекдот рассказывает.

— За него почти все проголосовали. Кого-то уговорил, кого-то запугал. Правил, правда, всего три дня. Потом заявил, что эта тягомотина подходит только для слабоумных. И официально передал власть кандидату от Константиновых.

— Погоди, — останавливаю развеселившегося тролля. — Это было пятьсот лет назад! Кто-то всерьёз до сих пор об этом помнит?

Капец охотно кивает:

— Конечно. Кайзер-то с тех пор ни разу не менялся. Так обозлился, что даже преемника теперь не хочет готовить.

Видать, вечно править собрался.

А я и забыл, сколько тут люди живут! Интересно, кстати, узнать точные цифры. Спрашиваю у словоохотливого тролля, пока привычный зазнавшийся Капец где-то отсутствует.

— Чисто теоретически, — отвечает он, — маги способны жить вечно. На практике же больше тысячи лет пока ни у кого не получалось. Слишком много переменных.

На этой оптимистической ноте мы выходим к охотничьему домику, где и обнаруживается ставшая активной точка входа в пространственный туннель.

Капец тут же принимается её настраивать.

К этому времени чувствую я себя уже вполне сносно, поэтому злость на Гайлу трансформируется во что-то, подозрительно напоминающее восхищение. Ну какова чертовка, а?!

Капец, неожиданно открывшийся с нормальной стороны, тоже радует. Вот нельзя было сразу так себя вести?

— Ты же так ничему не научишься, — недоумённо отвечает тролль, когда я его об этом спрашиваю. — Нет необходимого вовлечения и накала.