Мортена: Перерождение

Рогнеда не лебезила, не просила, просто излагала факты, чётко и по-военному. Без излишних сантиментов. Полноту картины подчёркивал внешний вид внучки. Кровь, грязь. Усталость. Это не было уловкой. Скорее, Реда плевать хотела на свой внешний вид. У неё была цель, и она к ней шла.

Спасение детей было весомой причиной для восстановления отношений, разорванных после смерти Афары, супруги Марука и любимой дочери Эфы. Однако же амори хотелось посмотреть, как малышка выкрутится, если играть с ней по-взрослому.

— Что я получу за помощь?

Рогнеда колебалась лишь секунду, прежде чем выдать:

— А что бы хотела амори Эфа?

— Личную услугу от айше Рогнеды.

— Согласна при условии, что это не уронит чести и не затронет интересов родственных мне родов.

Формулировка была размытая, но не без изюминки, поэтому амори Эфа задала последний вопрос, где позволила себе вполне оправданное в этой ситуации любопытство:

— Зачем тебе всё это? Ты выполнила условия сделки и даже больше. Твоя честь и честь клана не затронуты.

Так зачем взваливать на себя лишние обязательства?

Внучка посмотрела на неё таким взглядом, будто Эфа предложила ей предать мать, отца и весь клан вместе взятых.

— У меня сейчас больше пяти сотен тел дожидаются ритуала прощания, из них детей чуть меньше сотни. Я не хочу, чтобы это число выросло кратно. Пока есть варианты этого избежать, я не опущу руки.

Связь прервалась, а Эфа всё думала. Если малышка так борется за чужих, то за своих пройдёт огонь и воду. По чести, амори и так не отказала бы в просьбе.

Дети — святое для двуипостасных. Однако природная практичность потребовала получить что-то сверх, кроме спокойствия собственной совести.

Вот только Эфе мало было одной услуги от Рогнеды. Она хотела себе эту девочку.

***

Прабабка у Рогнеды — та ещё...змея. Но красивая, этого не отнять. Очень похожа на супругу амори Марука, но только с более резкими чертами лица. Хищными. Не удивительно, что к таким мужчины липнут, как мухи на варенье. Честно говоря, я думала, приём будет хуже.

Особенно после предупреждения амори Муар. Но нет, выслушивая мои соображения, на лице амори Эфы не дрогнул ни единый мускул. Правда, меня не покидало чувство, что меня рассматривают под микроскопом.

Я осознанно пошла общаться с прабабкой, как была, изгвазданная по уши в чужой крови, растрёпанная и уставшая донельзя. Намываться я не собиралась, не на смотрины шла. Аспида Эфа тоже не красна девица, чтоб в обморок от вида крови в обмороки падать.