Игра без ставок

Дышало тяжко Хладное море в ожиданье зимних бурь и айсбергов, борясь с берегом клинками пенных волн, призывая на бой северные ветра. Кардор съёжился замёрзшим щенком далеко внизу, через мгновенье превращаясь в древнюю, стёршуюся мозаику, а ещё чрез миг - в чёрное пятнышко на палитре гениального пейзажиста. И пятнышко это, соскользнув с палитры на холст, в безумном танце объединялось с другими, творя мир...

- Как...красиво... - ветер поглотил в себя голос Шаартана, не пустив в чужие уши.

Сердце пело, сердце рвало душу, сердце знало - в такие моменты можно умереть: ведь видел ты все краски мира, и больше ничего красивей не узреть.

- Идём на юг! - голос Анкха прорвался сквозь порывы ветра, бесцеремонно скрутив норд-осты.

- К руинам Фора! В Фор! - Шаартан пытался перекричать неистовый ветер. - Обещание должен исполнить! Обещание!

- Фор? - некромант поразился, как же легко (внешне, во всяком случае) голос Анкха прорывался сквозь бурю. - Куда? Где он?

- Юг! - надрывался Шаартан.

Анкх кивнул, давая всем своим видом понять, что он этот самый Фор отыщет...И пускай даже все ветра Хэвенхэлла обрушатся на него!

И ведь далеко же пришлось лететь...

Через какое-то время, когда Каменный Червь, грозя белеющими пиками, остался позади, все почувствовали, что ангел начал уставать. Уже не столь неистово гудел ветер в ушах, не таким быстрым был полёт, не так высоко над землёй летел хэвенец.

"Вот-вот уже край Агноронской чащобы, ещё бы чуть-чуть, и окажемся в считанных днях пешего пути от Фора.

Шаартан перевёл взгляд на Анкха, летевшего чуть повыше остальных - и очередной возглас погиб, застрял в гортани. Рядом с ангелом, среди темнеющей небесной лазури, разлитой средь облаков, угадывался силуэт Палача...Нет, Пауля Свордера!

"Так вот кто поддерживает силы хэвенца! Как я сразу не догадался, что ангела не может, просто не должно хватить на столь долгий полёт, да ещё с затратами волшебной энергии на нас! Но.

Лицо ангела стало белее мела, глаза впали, подбородок бессильно повис - и всё-таки Анкх летел и летел, всё дальше и дальше на юг.

- Будьте...готовы...Устал...Падаю, - на этот раз голос хэвенца еле-еле пробился сквозь ветер.

Сперва Бертольд почувствовал, что незримые путы, удерживавшие его в воздухе, ослабли - а потом Шварц понял, что значит, когда "сердце уходит в пятки"...