Айрин, графиня из Бездны. Книга 3. Часть первая

Он поставил свою роспись на документах, прошёлся по ним тяжёлой печатью, и забрал один из листков для канцелярии его величества.

Велингвар пренебрёг всеми старыми обычаями — ни браслетов, ни ожерелий. Взявшись за руки, под приветственные крики гостей и негромкую музыку Эшфор и Валери направились к поляне, а там — к стоявшему во главе столу. Гости последовали за ними, занимая подготовленные места. За самый дальний из столов сели лишь трое — Айрин и родители Валентины. Глядя на этот стол, Валентина чувствовала, как тень находит на её радость.

Празднество началось. Музыканты завели первые песни, пока ещё медленные и торжественные. И под эти звуки зазвучали поздравления.

Первым поднялся гость из Митендории. Он произнёс короткое пожелание любви и счастья и положил свои подарки на широкий стол, возле которого несли дежурство гвардейцы барона. Пара нагрудных украшений из черного золота, в виде щита с мечом — для барона и розы — для леди Велингвар.

Вторым встал принц Рауль. Под пристальным взглядом всех гостей он произнёс поздравления от своего имени и имени короля, а слуги поставили на стол оббитый бархатом ларец, на котором были выложены драгоценности.

Пара браслетов, усыпанных брильянтами, пара колец, ожерелье из самоцветов и золотая цепочка с кулоном из изумруда.

Слуги в строгих нарядах бесшумно сновали среди гостей, меняли блюда и наполняли бокалы, а поздравления шли одно за другим.

Одни произносили речь торжественно и в тишине, пока их дары выкладывали на стол.

Другие, не прерывая музыкантов, поздравляли супругов с глазу на глаз, и лично подходили к столу, чтобы добавить подарок. Так поступили трое загадочных посланников, так сделала и баронесса из Итании. Друзья барона из Свободных Земель поднялись одни из первых, и Валери, слушая их речи, с нетерпением ждала удивительных подарков.

Золото.

Золото.

Золото.

Еще никогда Валентина не испытывала такого разочарования при виде золотых монет.

Первым, кто удивил присутствующих, стал барон из Хайтендела.

По его знаку на поляну ввели четверку лошадей, впряжённых в фургон. Фургон был шире и выше, чем митендорский, с крепкими обводами и навесом из «глубинной» ткани. Запряженные кони по виду весили вдвое больше, чем обычные тягловые.

— Я знаю, барон, вы долго путешествуете. Для вас, я думаю, это стало выгодным подарком.

Барон ещё благодарил за щедрый дар, а со своего места поднялся герцог, перебудивший прошлым утром половину отеля.