Река Снов.

С чего бы это? Я взял у наблюдателя бинокль, активировал "Кошачий глаз" и вгляделся в темноту. Ага, он меньше нас. Ходовых огней нет. Я послал в сторону рубки сигнал активации амулета. Сейчас он засветится и ... Снова вгляделся в темноту. Кораблик сильно сместился влево. Это такой трюк с использованием течений или там рулевой совершенно негодный?

Спустя пару минут меня тихо позвали от рубки. Я, пригнувшись, переместился за ее прикрытие. Там уже устроились Ульянов и два матроса. Я присел рядом и сообщил: " Нас догоняет небольшое судно.

Огней нет, расстояние сокращается. Есть странность - он плохо удерживается на курсе, уводит то влево, то вправо. Поэтому подал сигнал".

Ульянов не секунду задумался, затем попросил меня посмотреть, далеко ли преследователи. Я глянул еще раз и ответил, что до них метров двести, но огней по-прежнему нет. А затем добавил, что преследователь ушел в сторону правого берега. Через секунд двадцать он опять начал возвращаться на прежний курс. В результате этого маневра, когда он возвратился, расстояние практически не изменилось.

Странно. Я поглядел на другие румбы - никого.

Преследователь стал уклоняться влево. Ульянов, когда я сообщил ему об этом, сказал, что этот трахнутый всеми якорями рулевой, наверное, так пьян, что на курсе прямо держаться не может. Его поддержали матросы.

Ульянов еще подумал и подал команду: «По моей команде включить все палубное освещение и укрыться!» Матросы, пригнувшись, разбежались по местам. «Давай!» Я едва успел прикрыть глаза, но вспышка света почувствовалась даже сквозь смыкающиеся ресницы.

Но шли секунды, а стрельбы все не было. Глаза потихоньку адаптировались, и я решился их открыть полностью.

«Таисия» уклонилась вправо к берегу, и через короткий промежуток времени я увидел шедший за нами катер. Он сейчас обгонял нас. Огней на нем по-прежнему не было. Правда, иллюминаторы в кормовой каюте светились. И что-то мне послышалось. Активировал «Волчье ухо» и понял, что это доносящаяся из этой каюты пьяная песня.

Ага, нализались, и рулевой, наверное, не лучше.

О пении «Шумел камыш» я сообщил всем. В результате был фонтан ругани в адрес пьяных скотин, шатающихся по реке и людям спокойно жить мешающих. Палубное освещение мы выключили, и народ отправился по койкам. Хотя до смены вахт оставалось уже недолго, матросы предпочли досыпать последние оставшиеся минуты. А мне бдить еще долго.

До рассвета еще много раз пришлось просматривать и прослушивать темноту.